Бишоп только хотел его послать, как его собеседник добавил, что ему про Бишопа рассказал Альберт Браун, бывший его заказчик, и что, возможно, у него будет к Бишопу задание, если он тот человек, который ему, Штиглицу, нужен. И после кое-каких рассказов Бишопа предложил ему и его команде огромные деньги за выполнение деликатных поручений на службе его, Штиглица, родной Австро-Венгрии. Причем задаток, поистине царский, плюс деньги на дорогу до Будапешта были выданы на месте, частично ассигнациями, впрочем, с введения "зелененьких" ничем не уступавших драгоценным металлам, а частично и золотом, причем часть - "на дорогу по Европе" - в французской, немецкой и австрийской валюте.
Бишоп еще тогда заметил, что собеседник его коверкает простые английские слова, а вот длинные произносит без единой запинки и с вполне британским прононсом, и что, более того, некоторые гласные он выговаривал так, как их произносит лишь английская аристократия. Ему приходилось пару раз встречаться с представителями последней, да и непосредственный начальник его в Гражданскую был из таковых, по слухам, бежавший в Америку от карточных долгов. Так что сразу было ясно, откуда на самом деле этот "Штиглиц". Ну да ладно, главное, чтоб платил хорошо и вовремя.
И вот они в Вене, где остановились в отеле "Европа", в котором Штиглиц, как и обещал, зарезервировал номер. Ребятки его пропадали в местном публичном доме, а к самому ему пришел некий "херр Шмидт", обладатель примерно такого же акцента, что и Штиглиц.
После сытного обеда, принесенного в номер, "херр Шмидт" перешел к делу. Русскую армию в Болгарии уже не остановить. Его кайзер, которого он здесь представляет, боится, что после Болгарии русские начнут захват земель, по праву принадлежащих австрийской короне, таких, как Хорватия, например, или Галиция. Поэтому русских надо во что бы то ни стало остановить. И сделать это можно лишь одним способом - обезглавить сию азиатскую империю, благо их император не признает мер безопасности. Желательно убить его наследника, и других членов семьи. Только тогда Австро-Венгрия будет в безопасности.
Бишоп сначала решительно сказал "нет". Одно дело - индейцы, другое - император самой могущественной на сей момент державы. Но тут Шмидт намекнул ему, что он знает его настоящее имя, и осведомлен про некую историю в Джорджии, присовокупив, что девочки эти были племянницами человека, который сейчас, после конца Реконструкции, занимает не последнее место в иерархии штата. И присовокупил, что, конечно же, не собирается делиться этой информацией с американскими коллегами, и что за выполнение работы готов предложить им поистине астрономическую сумму в фунтах стерлингов, то есть, конечно, в австрийских гульденах. И что четверть этой суммы, равно как и средства на дорогу в Софию, болгарскую столицу, им предоставят немедленно.
А русский император вскоре должен будет торжественно въехать в эту самую Софию, и именно тогда можно будет совершить этот подвиг во имя свободы народов Австро-Венгрии. Более того, в Бухаресте их встретит Саид Мехмет-оглу, болгарский турок, который поможет им с организацией покушения, и с последующим отходом через Сербию в Будапешт, откуда они вернутся обратно в Вену.
И вот они на вокзале, при посадке в вагон первого класса. Полученные деньги уже переведены в банк в Нью-Йорке - Бишоп не доверял "Шмидту" и вытребовал половину вместо четверти суммы, и не удивился, когда его собеседник вытащил из портфеля аккредитив на "Винер Кредит" на именно эту сумму. А своя команда ему доверяет, и правильно делает, он их еще ни разу не обманывал. Бишоп не сомневался, что в Австро-Венгрии их потом тихо уберут, поэтому он планировал вместо Будапешта ретироваться через Адриатику в Италию и дальше из Неаполя в Нью-Йорк. Он для этого купил справочник Томаса Кука обо всех железных дорогах и пароходных линиях Европы.
Но первый шаг - вот этот поезд в Бухарест.
Освобождение Болгарии можно считать свершившимся фактом. Сегодня на рассвете русские войска с трех сторон вступили в Софию. Комендант Софии бежал после того как стало понятно что с востока, севера и юга вверенный его попечению город обойден русскими войсками. Причем с востока и севера, прорвав турецкие позиции на Арабаконаке, тесня растрепанные таборы Шакира-паши, на Софию движется элитный русский Гвардейский корпус. Можно бросить против них последние свежие остающиеся в Софии двадцать пять таборов, и попытаться задержать лавину русских еще на несколько суток в предгорьях. Но зачем?
