Дорога за грань полностью

Он ускорил начало войны. Его амдары, приняв внешность арденнцев и надев их форму, напали на мирные деревни Сехавии. Его же подчиненные под видом сехавийцев ночами разыгрывали бунты в арденнских городах. Ему успешно удалось разрушить союз Эльдалин с Арденной: пускай гражданская война не затянулась надолго и войска Гаэльтрана отступили, амдары больше не станут помогать людям. Но что дальше? Кто бы ни победил в этой войне – этого мало. Сехавия не разрушает города Арденны, не сжигает деревни, а лишь захватывает их. В случае их победы у народа сменится правитель, но это и все. Что с того, что на трон Виарена взойдет сехавиец? Люди по-прежнему будут занимать большую часть суши, война не ослабит их настолько, чтобы получилось их добить. А он хочет, чтобы их постигла та же участь, на которую века назад они обрекли амдаров. Чтобы людей оставалась лишь жалкая горстка, ютящаяся на задворках мира, а вся Виэлия принадлежала амдарам ну или, возможно, еще другим эорини. Вот тогда можно будет умереть спокойно.

Пустота переполняла Триана, давая ему недолгие секаны покоя и почти хорошего самочувствия. И ее нужно было выпустить, чтобы захваченное им очередное тело разрушалось не настолько быстро, как сейчас. Он знал, что это неизбежно, но оттягивал эту неизбежность, желая насладиться мгновением силы еще чуть-чуть. Тьма с ним, с этим телом, добудет новое, только бы не ощущать снова этот зуд и нехватку света и воздуха.

Это были опасные мысли. На него и так смотрят косо, понимают, что с ним что-то не так. Если кто-то увидит, во что он превратился, они в ужасе убегут. Чем реже он меняет тела, тем меньше риск. Чем медленнее тела разрушаются, тем больше он похож на амдара. Пустоту нужно выплеснуть, нравится ему это или нет.

Он глубоко вздохнул, не желая расставаться с этой силой, но все же направился к большому валуну у стены его шатра, раздумывая, превратить камень в металл или позволить Пустоте рассеять его. И тут услышал шум снаружи.

Его устраивал любой повод подольше подержать Пустоту в себе, и, оставив валун в покое, он бросился в ночь.

Редкие светильники едва рассеивали мрак, даже луны не было видно за пеленой облаков. Триан неосознанно дернул рукой и досадливо поморщился. Каждый раз, оказываясь в темноте, он пытается создать парящий огонек. Когда уже привыкнет, что больше ему это недоступно? Однако и светильников хватало, чтобы понять: в нескольких ланах от шатра шел бой. Кто мог вторгнуться в их лагерь? Кто мог найти его? Или это бунт?

Кто бы там ни был, он выбрал удачное время. Пустота внутри бывшего короля уже рвалась наружу: еще немного, и она начнет разрушать окружающие стихии и без его желания.

Впереди мелькали смутные силуэты, раздавался звон мечей и вспыхивал время от времени свет. Вдали дважды ударила молния. Триан поспешил к ближайшему сражению, но не дошел. Навстречу ему вышли три фигуры, закованные в тяжелые латы.

Первый, кажется, тейнар, хотя под доспехами крыльев не увидеть. Он-то что здесь забыл? С Детьми Ветра Триан никогда не враждовал. Двое оставшихся – амдары. Одного он знал: Амола. Сильный воин и один из тех политических соперников, которых Триан надеялся перетянуть на свою сторону. Они во многом сходились, но Амола был слишком властолюбив и не захотел бы долго оставаться на вторых ролях. Такому опасно давать власть. С другой стороны, сейчас терять уже нечего, надо попробовать поговорить. Не может ведь быть, что подчиняться этой девчонке его устраивает больше?

Третий бывшему королю амдаров был незнаком. Или нет? Где-то он видел это лицо. Давно, очень давно… Не может быть!.. Триана будто окатили ледяной водой, он покрылся бы мурашками, но чужое тело почти не реагировало на подобные эмоции. Перед ним стоял Амартэль. Каким-то чудом его старый враг все же выжил на гибнущем куске Оссианды, где сгинул весь его клан. Похоже, как и сам Триан, он цеплялся за жизнь до последнего. Интересно, какую цену пришлось заплатить ему?

Перед бывшим лидером Агальмаритов в воздухе висело несколько состоящих из воды шаров. Они летели вперед по мере того, как он приближался. Никто из троих не мог владеть человеческой магией, никто из них не был морианом, и оставался лишь один способ, как они могли управлять стихией воды. Амартэль сохранил Алую Сферу. Какая же удачная ночь! О разговоре с Амолой Триан больше не думал. Пора закончить старую битву.