— Вот тебе и ого. Тогда Империя только появилась и была настолько мала, что нельзя было даже помочиться, стоя спиной к стенам столицы — соседи сразу начинали возмущаться. Правда, когда они перенесли столицу в Леенан[3], эта проблема пропала, зато появились другие. Но не в этом суть.
— А в чем же? — перебил Итнарон.
— А вот в чем. Этот сукин сын, этот демон, он совсем не так прост. Он действует исподтишка, он не хочет воевать с нами в открытую. Но он, как я уже говорил, очень и очень силен, у меня есть предположение, что он своей мыслью способен захватывать умы и волю людей на огромном расстоянии. Многие из тех, у кого слабая воля и нехорошие помыслы, попадают под его власть. После сегодняшних событий я кое-что понял. Он очень далеко чует и видит. Он пока ничего не может сделать против Имперского совета в Леенане, но зато как только я вышел оттуда, на меня началась охота. Ведь на меня нападают люди, которым со мной совершенно нечего делить. По той же причине сюда приперся маг из этой самой секты. Теперь я тоже догадался, какой-такой ночи они ждут. Правда, я еще не совсем врубился, какие именно люди подвержены влиянию Неназываемого.
— Как какие, ты же сам сказал. Ждущие Ночи — они ждут его прихода, у меня тоже начинает все складываться… — задумчиво проговорил Итнарон.
— Неее, я не о том. Кроме мага были еще другие люди. И не только люди. В Тервисетуле на меня пытались уронить ящик с плитами, в море напали пираты, гоблины пробовали залезть в карманы, ну и здесь, человек десять. Ты не успел рассмотреть тех, которых вы подстрелили там, внизу?
— Я нет, но Беранто сказал, что один из квартала колесников, а другой, похоже, какой-то батрак с фермы, недалеко от города. Беранто знает многих на Южной стороне, ему можно верить.
— Очень любопытно все это. Наливай, — приказал Эур.
Итнарон снова налил вино в кружки. Эур глубоко вздохнул и неторопливо опорожнил свою. Итнарон отхлебнул самую малость.
— Ты есть-то не хочешь? — спросил он Эура.
— Хха, спрашиваешь!
— Так что ж ты молчал? — Итнарон исчез в полутьме большого зала и тут же вернулся с огромным блюдом, на котором лежали несколько ломтей сочного, с жировыми прослойками мяса, пол-каравая хлеба, луковица, чесночина, пара помидоров и гроздь винограда.
— Налетай! — воскликнул он поставив блюдо перед Эуром.
— А ты??
— Не, не-не, я днем пообедал, мне много есть нельзя, а то брюхо станет, как у Кнеллона. Ой, прости, совсем забыл, — Итнарон пошарил где-то в темноте и извлек на свет кухонный нож. — Слышь, ты извиняй, что так суховато все, но к ночи суп будет готов. Суп отличный, Дард готовил.
— Бу и фто? — промычал Эур с набитой пастью.
— Как что! Дард у нас не только лучший охотник и следопыт, он еще и готовит так, что лучшие повара в Ченсанде да и во всей Империи усрутся, если его блюда попробуют, я тебе клянусь! Он сам-то из Лейвира, точнее, откуда-то оттуда рядом, ну я не особо смыслю, что у них там где, (Эур мысленно хихикнул: "у них все там же, где и у всех") но он сюда с семьей приехал еще мальчишкой, а теперь вот с нами, места здешние знает лучше всех, а уж как готовит!
— Да, я знаю, вон оттуда — Эур вытянул руку в направлении одного из котлов, — пахло очень вкусно. Но мне надо двигать, как я уже говорил.
— То есть, ты не будешь ночевать?
— Нет, спасибо, не буду. — лицо Эура снова приняло суровое выражение.
— Так а где же ты тогда будешь спать?
— А-э-э… Я, как бы тебе сказать, — Эур выплюнул хрящ и отодвинул его ближе к краю блюда. — Я не буду спать.
— Как это, не будешь? — искренне удивился Итнарон.
— Ну видишь-ли, я привык. Как-нибудь обойдусь.
— Мда… И часто ты так?
— Сказать тебе честно, — Эур чуть нагнулся и придвинул лицо ближе к лицу Итнарона. — Если честно, то постоянно.
— И как самочувствие?
— Да без проблем.
— То есть, ты хочешь сказать, — осторожно спросил Итнарон, — ты вообще не спишь?
— А ты напугался, что я вампир, да? — рассмеялся Эур.
Несмотря на все старания ложи магов при Имперском совете в Леенане держать под контролем магию, колдовские процессы и любые другие аномалии на территории Империи, вампиризм, на зависть любому другому вирусу, отличался потрясающей живучестью. То есть, он мог "уснуть" в крови зараженного, а проснуться в крови его правнука, и это притом, что маги проводили ежемесячные осмотры всех провинций. Вампиризм был чудовищно спонтанен, то есть он мог "спать" до следующего поколения, а мог вспыхнуть у носителя в любой день. Зараза развила такую гибкость, что могла прятаться в человеке на довольно длительное время и достаточно глубоко, вплоть до нескольких лет, так чтобы окружающие сочли данного человека здоровым. Нужно ли говорить, насколько серьезно в Империи относились к вампиризму?
— Нет, сплю конечно. Иногда. На чем мы остановились?
— Кажется, на тех двоих, которые с магом были.
— Точно. — Эур отщипнул виноградину. — Как я уже говорил, неприятности на каждом шагу, куда бы я ни направился, и их все больше. А куда я направлялся, не знал никто, даже совет.
— Что, прям так и отправили, наобум?
