Дальнейшее Эуру не могло присниться в кошмарном сне. Его обувала — в буквальном смысле — молодая девушка, а он лишь сидел на заду, вытянув ногу и морщился от дыма. Тейва, тем временем, плотно примотала обрезки кожи к его ступням двумя полосами ткани, еще двумя — присоединила обмотки ступни к голеням, причем делала это с таким видом, как будто занималась этим каждый раз на досуге.
— Жаль, нет шила, — она с сожалением цыкнула зубом. — Можно было бы сделать понадежнее. Но и так потянет до вечера, надеюсь, а там перемотаешь.
Она достала из своего мешка кусок тесьмы, покопалась там еще и извлекла наружу несколько обрезков коры. Обреченно склонила голову набок, вздохнула.
— Ну может не до вечера, но должно хватить на несколько часов. — И Тейва ловкими, быстрыми движениями перевязала импровизированную обувь на ногах северянина кусочками тесьмы и коры. — Сойдет, пожалуй. Ну-ка, пройдись.
Эур бодро вскочил и прошелся по полянке. Передняя часть сидела хорошо, зато пятки не прилегали и слегка шлепали, когда он приставлял ногу. Но кожа оказалась на редкость добротная и толстая, различные мелкие помехи под ногами сквозь нее хоть и чувствовались, но почти не мешали.
— Так, все, хорош скакать, — приказала Тейва. — Разболтаются еще, а нам целый день идти.
— Послушай, теперь я действительно в неоплатном долгу перед тобой, — Эур прижал правую руку к груди и отвесил изящный поклон. Он ожидал, что девушка воспримет этот жест, как ерничанье, но она вдруг покраснела, и буркнув "незачто", отвернулась. — Честное слово, я сам никогда бы не сумел ничего подобного сделать.
— Да прямо! — Тейва насмешливо скривилась. — Великий воин с севера — и не сумел?
— Великий воин попер бы дальше босиком, — обронил Эур, возвращаясь к своей одежде. — Скорее всего.
Девушка раскидала головни по поляне, впрочем, особого смысла беспокоиться насчет кострища не было: рассмотреть дым над чащей леса практически невозможно; ну а тот, кто именно их искал, уже давно бы и нашел. Эур натянул тунику, оружие, набросил плащ, изрядно провонявший дымом и болотом. "Досохнет на ходу" — здраво рассудил он.
— Ну что, идем?
— Идем, — Тейва закинула за плечи свой мешок за плечи.
Эур впервые внимательно пригляделся к свой проводнице, идя за ней по лесу. Девушка, несмотря на свой юный возраст, вымахала в высоту, как он уже заметил ранее, но кроме этого, была довольно широка в кости, что компенсировалось некоторой плоскостью в тех местах, за которые обычно ценят женщину. Это не вредило ее ловкости — она легко и даже элегантно проскакивала сквозь заросли.
Выйдя из леса, наемник поразился жаркости осеннего солнца. Припекало, как летом.
— А мы правильно идем-то?
— Не, ну ты еще будешь сомневаться? — сердито бросила Тейва через плечо.
— Я еще буду много чего, — пробормотал Эур. И громко — Да нет, я верю тебе. Выбора у меня нет.
Тейва только многозначительно усмехнулась.
Они выбрались из рощи на дорогу и тут же присели — с юга донесся перестук копыт. Тейва дернулась было, но Эур ухватил ее за шиворот.
— Стой рядом, не дергайся. Если что, я скажу тебе когда бежать.
На дороге показались несколько всадников, в доспехах, при оружии. Позади скакали еще с полдюжины, но они были на расстоянии полета стрелы.
Один из конных подрулил прямо к Эуру, едва не сбив его конской грудью.
— Чего пыришься, холоп? Господина не признал? На колени! — плетка взвилась в воздух.
— Это же Вередот! Это он, клянусь! — Тейва, глянув на приближающихся всадников, ломанулась в подлесок. Эур остался стоять, невозмутимый, словно слон с Южного континента.
— Ты что, холоп, не признаешь хозяина? — Всадник помахивал плеткой и направлял своего коня прямо на Эура. — На колени!
— А если мне не хочется сейчас, а? — Эур отскочил с пути всадника. Тот разглядел татуировки наемника и притормозил. Тем временем, к месту приблизились еще несколько конных, включая того самого Вередота — наездника в изукрашенных доспехах.
— И чей же ты холоп, что так наглеешь? — поинтересовался Вередот, придержав забрало.
— Как видишь, ничей. Я тут вообще впервые, — Эур скривился, чуть склонив голову.
— Так это зовется — не ничей. Раз на моей земле, значит мой. Свяжите его, ребята.
Сразу трое из десятка всадников спрыгнули с коней. Зря.
Эур, резко сместившись, подхватил одного из них и толкнул на другого. Третий махнул было мечом, но чуть не попал по своему же. А наемник очутился рядом с ним, перехватил руку с мечом, отобрал оружие и ударом локтя отправил незадачливого воина в нокаут.
Остальные разьехались.
"Убить его!!" — крик разнесся над полем.
Первый из всадников налетел на Эура, но тот, увернувшись от удара, поймал запястье нападавшего и стянул его с коня. На него уже налетали двое конных — Эур выхватил клинок из-под плаща. С клинком в одной руке и мечом в другой, он просто полоснул по мордам коней, и те взивились на дыбы от жуткой боли, сбрасывая седоков.
Северянин метнулся к главному — Вередоту, парировал его удар и левой рукой вонзил сталь тому в бок, прямо под латы.
Ближайщий к лорду конник успел только поднять меч, но тут же разделил его судьбу.
