Днем 1-го ноября автомобилями бригады в исходный район был доставлен 198-й стрелковый полк. Для действий его рассадили: два стрелковых батальона — на собранный с бригады автотранспорт; один — десантом на танки и арттягачи.
В предложенном начальником штаба решении на построение колонны присутствие стрелкового полка повлияло непосредственно.
— Предлагается в авангард назначить 2-й мотострелковый батальон с танковой ротой и батареей артдивизиона. Главные силы построить следующим образом: 527-й минометный полк (без дивизиона), 1-й мотострелковый батальон с танковой ротой, 1-й стрелковый батальон 198-го полка с танковой ротой, минометный батальон, 2-й и 3-й стрелковые батальоны, усиленные соответственно пушечной и минометной батареями полка, 3-й мотострелковый батальон, образующий при развертывании второй эшелон бригады. КП — в голове главных сил.
Согласившись с этим предложением, я сказал командиру 198-го стрелкового полка подполковнику, фамилия которого не сохранилась в памяти:
— При развертывании ваш полк будет наступать справа, в полосе шириной один-полтора километра при поддержке минометного батальона бригады. Танковую роту рекомендую иметь на левом фланге с тем, чтобы боевая линия танкового полка была единой. Не допустите отставания от танков пехоты. Автотранспорт после спешивания ведите за боевым порядком полка в полутора километрах, вне огня артиллерии противника, стреляющей прямой наводкой.
— Понимаю. Все ваши указания будут выполнены.
Затем я поставил боевые задачи всем частям и подразделениям и подробно указал, какие меры заранее принять по преодолению заболоченных участков.
Бригада вытянулась в колонну за 36-й танковой бригадой, а ровно в 18-ть часов 1-го ноября танковые полки 14-й и 15-й мехбригад перешли в наступление. Танки с трудом двигались по низинной полу заболоченной местности.
За ходом боя и докладами я и штаб следили по радиосетям командира и штаба корпуса. Бригады первого эшелона докладывали, что с началом атаки наших танков венгерские солдаты бросили позиции и начали разбегаться. Оборона была прервана легко, 14-я и 15-я бригады вышли в Шольт и северо-восточнее и повернули на север по своим направлениям.
А нашей бригаде досталась «битва» с грязью и глубокими колеями, которые остались от 14-й и 36-й бригад. На протяжении десяти километров, до Сабатсаллаша личный состав рубил и ломал деревья и кусты, мостил провалившуюся проселочную дорогу, вытягивал застрявшие машины, пока бригада не достигла щебеночную дорогу Сабадсаллаш, Кунтсентмиклош.
Я стоял с группой офицеров в центре Сабадсаллаша и спрашивал проходивших командиров батальонов и дивизионов.
— Все ли вылезли?
— Почти все, — с радостью отвечали они словно после большой победы.
С подходом машины командира стрелкового полка сказал:
— Теперь уж вы организуйте вытягивание полка на одетую дорогу.
— Думаю, за час вытянем наши 80 машин.
Я догнал КП бригады у Кишкунлацхазы. И на всем участке маршрута видел группы улыбающихся венгерских солдат. Они шли навстречу нам, разоруженные 14-й бригадой, на сборный пункт военнопленных. Шли и улыбались от счастья, что для них ненавистная война закончилась.
По прохождении Кишкунлацхазы к радиостанции вызвал меня командир корпуса.
— Сейчас 36-я повернет направо, для наступления на Вечеш. По мере освобождения дороги быстро продвиньте бригаду и с ходу захватите город Альшонемеди.
— Понял, выполняю, — ответил я.
Оставив КП, я с группой офицеров, возглавляемой майором Федоровым и командиром 527-го минометного полка подполковником А.И.Григорьевым, выдвинулся к авангарду. С ним на своем танке совершал марш и командир 38-го гвардейского танкового полка подполковник Тулов. По карте капитану Шалапенко поставил задачу.
— Ваша задача, по миновании хвоста колонны 36-й бригады поселка Будьи, следовать по шоссе на Будапешт, то есть прямо и атакой с ходу захватить центр и северную часть города. При необходимости ударом слева вам окажет помощь 1-й батальон. Вас поддержит огнем дивизион 527-го минометного полка.
— Кто-нибудь из наших, впереди будет?
— Разведгруппа. О противнике она будет сообщать вам первому.
— Ясно, выполняю.
После перекрестка между Будьи и Очей перед нами прямо вдали показался Альшонемеди. В центре возвышался, перекрывая площадь, большой храм.
В тот же миг на окраине поселка зазвучали пулеметные очереди, трассы которых секли хмурый воздух в обе стороны.
— В поселке фашисты заняли оборону на южной окраине. Окопы — прерывчатые, — докладывал из разведгруппы капитан Бабкин.
— Похоже, это охранение, — высказал предположение майор Федоров.
— Сергей прав. А вы, Петр Федорович, — обратился я к Тулову, — передайте танковой роте, чтоб не стреляла по церкви.
Авангард быстро развернулся, перешел в атаку, а фашисты численностью до пехотной роты отступили в северную часть поселка, но под натиском танков покинули его. В 17-ть с половиной часов город был очищен от гитлеровцев без всяких разрушений.
