Стоят на изготовке степные корабли, мощные дизеля. Вот-вот начнется битва за хлеб. Вера прибивает к стенке вагончика стана собственноручно написанный лозунг, зовущий целинников поработать не за страх, а за совесть, а сама нет-нет и глянет на золотистое, море пшеницы, подставит лицо навстречу теплому, напоенному ароматом воздуху. Потом переведет взгляд на парней, девушек, с которыми она так сдружилась. Нет, она ничуть не жалеет, что приехала по путевке комсомола в степной край. Трудно? Да, нелегко. Не хватает жилищ, бывают перебои в снабжении, клуб пока неважнецкий. Но разве она уедет отсюда? Ни за что. Все меняется на глазах. Рабочие один за другим справляют новоселье. Скоро целинники обновят свой Дворец культуры, да и вообще заживут так, что горожане позавидуют. Самое главное, люди обосновались на целине замечательные, деятельные, с большим размахом. В такой дружной семье чувствует себя Вера необыкновенно сильной, способной побороть любые препятствия.
Но мы отвлеклись. Как же прошла уборка? Хорошо поработали целинники. Труд их был щедро вознагражден.
Директор совхоза приехал поздравить дружный коллектив, вручить особо отличившимся премии. Народ собрался на полянке, окруженной березовой рощей. И хотя Вера находилась далеко от стола президиума, Иващук заметил девушку, позвал ее движением руки.
— Молодец, Хрущева, — сказал он, крепко пожимая ей руку, а вручив подарок, добавил: — Волевых, энергичных людей прислали нам из Челябинска. Все стали настоящими целинниками.
Незадолго перед отъездом в совхоз, Вера рассказала о письмах, которые она получает от односельчан, друзей детства. Пишут ей Анатолий Манакин, Владимир Абросимов, Татьяна Ошергина. Анатолий служит в пограничных частях, Владимир заканчивает офицерское училище, Таня живет в Москве, работает на заводе и одновременно учится в техникуме. Все трое они от души рады успехами Веры, гордятся ее смелым решением. «Я человек военный, Верочка, — пишет Владимир Абросимов, — и скажу тебе, не преувеличивая, — геройская ты дивчина. На тебя во всем можно положиться, знаю, не подведешь, не струсишь в трудную минуту. Очень нужны стране такие люди, и как хорошо, что их у нас миллионы». А Татьяна, та в последнем письме известила, что собирается летом провести свой отпуск в гостях у Веры. Есть в письме подруги и критические нотки. Почему Вера не учится? Разве нельзя поступить, скажем, в техникум? Очень трудно, конечно, совмещать работу в совхозе с учебой. Но можно. Неужели Вера этого не понимает? Еще как понимает. Дала в ответном письме слово, что нынче осенью станет студенткой-заочницей. И веришь — Вера возьмет и этот нелегкий рубеж. Потому характер у нее настойчивый, советский характер.
Накануне вечером начался дождь. Он лил не переставая. Глядя на серую дождевую сетку за окном, Нина Николаевна с тревогой думала:
«Неужели погибнут наши питомцы? Ведь труда-то сколько вложено. Каждый цветочный корешок сажали в землю так бережно, а уж лелеяли-то, словно не цветок, а живое существо: и поливали, и пропалывали, и удобряли — лишь бы рос. И принялась, кажется, рассада, начала крепнуть, пошла в рост. А тут вот на тебе…»
Чуть свет Нина Николаевна поспешила на завод. Издали всматривалась она в корпуса цехов, окутанные сизоватым туманом. Как ненавидела она в этот момент дым, прибитый дождем к земле! Он виновник того, что возле цинкового завода не было ни клочка зелени. И улавливают этот дым, а все же он все время дает о себе знать.
Первый взгляд — на цветочные клумбы. Еще несколько дней назад они нежно зеленели, а теперь пожухли, почернели, словно их опалило огнем. Серная кислота действовала без промаха.
Тем временем подошли другие женщины. Огорченно рассматривали поникшие цветы, озабоченно спрашивали:
— Что делать-то будем, Нина Николаевна?
— Будем выхаживать, — решительно ответила она.
И выходили! Поливали цветы нашатырным спиртом, чтобы нейтрализовать действие кислоты, рыхлили землю, удобряли. Раным-рано приходила на завод начальник технического отдела Сусанна Феоктистовна Матвеева и до начала работы возилась с цветами. Так же ревностно оберегали растения Капитолина Михайловна Талменева, Елена Витальевна Бровкина, Евгения Яковлевна Винихина и другие женщины-активистки.
Зато даже глубокой осенью цветы радовали взгляд своей пестротой и свежестью, а возле скульптуры С. М. Кирова на призаводской площади ярко пламенели горделивые георгины.
И так всегда, всю жизнь, за что бы ни бралась Нина Николаевна, во все она вкладывает всю свою энергию, напористость, все свое сердце.
Эту моложавую статную женщину часто можно встретить и в цехах и в заводском поселке. Вот она идет быстрой походкой человека, который привык дорожить временем. Черные волнистые волосы выбились из-под яркого шерстяного шарфа, зеленовато-карие глаза смотрят весело, брови разлетелись в стороны темнокрылыми птицами. С ней то и дело здороваются.