Не снимая майки, надела трусики. Потом кое-как запихала себя в бюстгальтер. Луна, как же хорошо снова ощущать себя одетой! Дело осталось за малым. Через минуту она уже сидела перед трюмо и заплетала волосы в косу.
Из зеркала на Кристину смотрела изнеможённая девушка с темными кругами под глазами и потухшим взглядом. С потрескавшимися сухими губами, впалыми щеками. Да и цвет кожи оставлял желать лучшего. Ей не помешало бы наведаться в спа-салон. С другой стороны, если она заикнется о том, что хочет привести себя в порядок, Дореченцев, наверняка, решит, что она прихорашивается для него! Новых насмешек не избежать. Поэтому она решила воспользоваться той косметикой, что взяла с собой.
Семен не сказал, когда приедет Арман. Телефон ей так же не вернули. Ладно, с бабушкой она свяжется чуть позже.
Когда раздался стук в дверь, девушка вздрогнула. Вскочила с кресла и прошла в гостиную. Вовремя. Семен как раз открывал дверь.
— Она здесь? — мужчины обошлись без приветствия.
Семен ничего не ответил, лишь шире распахнул дверь и отошёл в сторону, освобождая проход. Скрестил руки на груди, всем видом показывая, как он «рад» приходу гостя.
Выглядел Арман помято. Несмотря на брендовые вещи, к которым он привык, сгорбленные плечи и отекшее после долгого сна или излишнего воздействия алкогольных напитков лицо, выдавали его истинное состояние. Но в душе Кристины ничего не дрогнуло.
Арман криво улыбнулся.
— Привет, сестренка.
Кристина, стараясь не обращать внимание на резко участившееся сердцебиение, на обиду, что незаметно подкрадывалась, на ком, вставший в горле и мешающий нормально говорить, подошла к нему.
Встала напротив.
Занесла руку и отвесила первую пощечину.
— Гад!
Вторая последовала сразу же.
— Сволочь!
— Кристина…
Он не пытался уклониться, не пытался поймать её руки, чтобы отвести следующий удар. То ли он на самом деле испытывал раскаяние и понимал, что ей необходимо выплеснуть негативные эмоции, в том числе и съедающую изнутри обиду. То ли пребывал в таком состоянии, когда человеку становилось всё равно, что с ним будет.
— Подонок!.. Ты же знал, где я!.. Ты же всё знал! Сука, ты подставил меня! Кинул!
Кристина, употребляющая оскорбительные и матерные слова в очень редких случаях, сейчас не могла остановиться. Как не могла сдержать и следующий удар. Она видела, как покраснели щеки Армана, как нервно дергается у него левый глаз. Но ничего не могла с собой поделать.
Снова занесла руку для ещё одного удара, когда услышала:
— Хватит, Кристина.
Крепкие пальцы сжались на её запястье.
Она не видела, как к ней подошёл Дореченцев. Она не замечала ничего и никого, кроме собственного гнева.
— Да пошёл ты… Пусти меня! — Девушка набросилась и на него.
Но он не Арман.
— Хватит, я сказал!
Его действия были быстрыми. Схватил за плечи и основательно тряхнул, отчего её голова качнулась, как у тряпичной куклы.
— Семен, пусть выместит обиду, — хрипло произнес Арман.
— А тебя никто не спрашивает! И лучше помолчи! — огрызнулся на него мужчина, выпустив клыки, что было крайне странно при данной ситуации.
Арман сжался.
На Кристину нашло странное оцепенение. Создалось впечатление, что кто-то в её душе и голове выключил кнопку, отвечающую за гнев и обиду. Она шумно дышала, пытаясь преодолеть внутреннее сопротивление. Сердце нестерпимо ныло.
Девушка попыталась вырваться из крепкого хвата Дореченцева, но тот покачал головой.
— Успокаивайся давай. Тебе нервные срывы не нужны.
Если бы Кристина не относилась к Семену с предубеждением и находилась не в столь растрепанном состоянии, она непременно заметила бы заботливые нотки, прозвучавшие в его голосе. Как не пропустила бы и взгляд, в котором отчетливо просматривалась забота и теплота.
Но теперь было не до того.
Она задыхалась и ничего не могла с собой поделать.
Она смотрела на родное лицо брата, и ей хотелось разодрать его до крови. Сделать так же больно, как было ей. На глазах выступили слезы. Но плакать она не собиралась. О, нет! Своей слабости она не покажет.
Арман использовал её. Он изначально умело манипулировал её сестринскими чувствами. Много от неё скрывал, и, в первую очередь, плачевное состояние «Магнолии». Как можно было разорить компанию всего за несколько лет? Из цветущей, пусть и не большой, превратить в убыточную? С кучей долгов и кредиторов.
И ещё один вопрос. Почему она, Кристина, не замечала, что Арман — игрок? Что его любовь к казино и картам переросла в страсть, в потребность? Почему она не замечала, что он не может вовремя остановиться?
Одни вопросы, на которые сейчас она даже не желала искать ответы.
Протяжно выдохнув и, наконец, избавившись от тяжести в груди, Кристина посмотрела на Семена.
— Пусти.
Тот прищурил глаза.
— Всё нормально?
— Да, — и повторила: — Пусти.
Он с явной неохотой убрал руки с её плеч, и Кристина с удивлением отметила, что и ступор, овладевший ею, отчего-то прошел. В голове возникла крамольная мысль — Дореченцев использовал в отношении неё силу альфы?
Луна, по какому праву?
