Пока устроились, пока по пятку чаш выпили… он все про жизнь на земле расспрашивал, про роту нашу. Но с пониманием — секреты узнать не пытался. Оказалось, кстати, очень неплохо тактику щитового строя знает. А затем вестовой постучался, и мы к Лорду пошли. Отдал я послание. Лорд первую страницу прочел и назад меня отправил. Сказал: 'Через две недели приходи за ответом'.
Еще специальное кольцо дал — нормальный пропуск, чтобы впредь инцидентов со стражей не было.
Через две недели Лорд ответ передал. А еще через неделю наши варлоки его призвали. Со всем уважением, разумеется без пентаграмм и прочей ерунды, но зато с удобным каменным креслом, большой жаровней… ну и прочим всяким. Я им неделю рассказывал, что да как в наших краях. Управились, гость доволен остался.
Два дня договор составляли, за каждое слово спорили. Ничего, договорились в итоге. Уже перед возвращением новый союзник спросил у Старшого:
— А что бы ты делал, если б я на твои условия не согласился?
— Не согласился и ладно. Лет через пять на твоем месте сидел бы архангел, а я бы с ним торговался.
— И как бы контакт искал? — вот здесь Лорд крепко заинтересовался.
— Есть наметки… — Кэп только хмыкнул.
— Поделишься?
— По выполнению договора и за отдельную плату — почему нет?
Гость рассмеялся, аж с деревьев сухие ветки посыпались. Так, хохоча, назад и отправился.
Я же задумался: вот не договорись они сейчас, со мной что вышло бы? Не удержался, спросил. 'А тебе, — Старшой резко посерьезнел, — пришлось бы решать: с ротой оставаться и в рай с нами идти или покинуть нас и в родные края возвращаться. Выбрал бы, остался… что ж, убедить крылатых — мое дело, — помолчал чуток и добавил: — В конце концов, капитан я или хрен собачий?'
Как я той зимой замотался — просто край! Вся рота отдыхает, один я мечусь, как таракан на сковородке: два дня на земле, два дня в аду. Гонцом, блин, работал. Зато в третьем легионе хорошие знакомцы появились.
А там и весна настала. Мы еще осенью завербовались. Какие-то пустынные кочевники, оказывается, поход устроили. Вот наша сторона и собрала армию заранее. Мы, еще пяток наемных частей, дружины владетелей, ополчения… немало, короче, народу. Тысяч пятнадцать наверно набралось, может двадцать. Шли, шли, дошли до пустынников. Как они нас подловили! Их тысяч сто оказалось. В поле шансов вообще не было при таком-то соотношении сил.
Оставалось только к укрепленным перевалам отходить, но с конницей на хвосте оно уж очень неудобно. И тогда Старшой вызвался своей ротой прикрыть отход, благо в степь выйти не успели и стояли в узком проходе между холмов. Как наши удивились, ведь прикрытие погибало сто из ста. Но репутация — страшная сила; все подумали, что наш капитан опять козырь в рукаве припрятал. И ведь припрятал! Да какой!!!
В тот вечер, когда армия отход начала, выстроил он роту. Рядом обозных собрал и начал.
— Все вы знаете, что завтрашний бой нам не пережить. И все вы гадаете, что я задумал. Ведь не может ваш капитан быть самоубийцей?! — тишина стояла полнейшая, люди, словно статуи, застыли.
— Мне нужны только добровольцы. Любой из вас может уйти, ему будет выдан расчет как за полгода найма. Но сам я завтра встану против них, даже если буду один. Потому что и я, и те, кто погибнут рядом со мной, получат бессмертие! Истинное бессмертие в рядах легионов Огненного Лорда Ада!!! Обозные! Вы делили с нами все наши радости и горе. Вы с нами праздновали победы и с нами переживали поражения! Присоединяйтесь! Бессмертие стоит смерти!!!
Кто верит мне и хочет жить вечно — жду на холме! Кто надеется попасть в рай — что ж, казначей у вас за спиной.
Развернулся и пошел, не оглядываясь. Люди как стояли замершие, так и не отмерли, словно ушам своим не поверили. А затем Сержант с полусотней ветеранов вперед шагнули и рядом с ними Браконьер и три десятка его стрелков. Тут же барабанщик присоединился. Они-то все с самого начала знали и самых доверенных сагитировали. Ну а следом уже и я пошел. Старшой отдельно попросил, чтоб я первым не лез, дал людям выбрать.
В обозе бабы завыли было, а потом вдруг весь госпиталь во главе с медикусой вышел. А за ними и остальные потянулись. Не буду врать, были отказавшиеся, но на удивление мало.
