– Ну тут вчера вечером в городе была небольшая разборка [Англия проиграла 3-0], я слегка набрался и зашвырнул бутылку – заметь, всего лишь пластиковую! – и она отскочила от полицейского щита. Запихнули меня в автозак и привезли сюда.
– Только тебя одного арестовали?
– Нет, Найджел тоже здесь, но нам не дают общаться. Слушай… Со мной все будет в порядке, но – на случай, если придут обыскивать квартиру, – спусти, пожалуйста, в унитаз остатки моей травы! Она в коробке под электроодеялом в гардеробе. Просто подстраховаться.
– Да не придут они сюда, что за бред! – сказала я.
– Прошу тебя, Ри, я не хочу рисковать. Не хочу получить отметку о судимости. Это сократит наши шансы на кредит для покупки коттеджа, если вдруг нам придется его брать. Я тебя прошу, пожалуйста!
– За пластиковую бутылку, брошенную в щит полицейского, к суду не привлекают!
– Ну, вообще-то она попала не совсем в щит полицейского. Она как бы отрикошетила и попала в ребенка.
– В ребенка?
– Ага. И она была не пластиковая. Я соврал. Она была стеклянная. Ему швы наложили.
– Господи боже, ну как можно быть таким идиотом?!
– Да я знаю, знаю. Всю ночь не спал. Тут воняет, как в помойке.
– Так тебе и надо.
– Знаю. Тип из британского посольства говорит, что нам с Найджелом теперь, возможно, навсегда запретят въезд в Голландию.
– То есть наши каникулы в Амстердаме отправляются в жопу, да?
– Слушай, мне пора. Позвоню тебе завтра, ладно? Только родителям не говори – пока не надо, а то они изведутся. Маму это просто на месте убьет, ты ее знаешь. Поцелуй Маковое Зернышко за меня. Я тебя люблю.
– Я тебя тоже люблю, придурок.
Блииин, мужики! С ними и жить невозможно, и связать их по рукам и ногам и сбросить в канаву на трассе М5 тоже нельзя.
С утра пораньше Джим и Элейн заехали за Дзынь (Элейн встала в четыре, чтобы собрать вещи для целого дня на пляже). У нас они не задержались – никогда не задерживаются – чай или кофе они у меня точно не стали бы пить, потому что у меня нет «их молока» и Элейн не может пить из кружек. К тому же ей становится нехорошо в стесненных условиях квартиры. Крейг пока никому из них не звонил, так что они не в курсе о его пристанище на неопределенный срок в Стране Тюльпанов. Он говорит, что мать эта новость прикончит на месте. Честно говоря, мне было бы жутко любопытно на такое посмотреть.
Едва они зашли в лифт с Дзынь на поводке, как в конце коридора возник Эй Джей с огромным рюкзаком за спиной.
– Какого хрена ты тут забыл? – набросилась я на него, когда двери лифта стукнулись друг о друга. – Кто тебя впустил?
– Не знаю, какой-то парень. Сосед, наверное.
– Тут только что были мои будущие свекор и свекровь, ты, придурок!
– Я знаю. Я дождался, пока они уйдут. Можно мне войти? У меня к тебе одна просьба.
Просьба у него оказалась та еще.
Он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал меня в губы – настойчиво, но нежно, – а потом отстранился.
– Я хочу, чтобы мы с тобой были семьей. Теперь, когда ты продала дом, у нас будут деньги, чтобы просто мотаться по свету. Мы будем свободны
Я развернулась и пошла обратно в квартиру. Он пошел за мной и закрыл дверь.
– Я не хочу «просто мотаться по свету», – сказала я. – И не хочу жить с тобой. Я хочу пустить корни. Хочу семью и домик у реки.
– Ты можешь иметь все это вместе со мной.
– Нет, не могу. Ты хочешь путешествовать. А я не хочу. Мне нужен Крейг.
– Да, об этом я тоже хотел поговорить: он тебе изменяет. С Ланой из редакции.
– Да, я знаю. И что? – спросила я.
– Лана и Крейг, – повторил он, как будто в первый раз я его не услышала. – У них отношения. Он тебя обманывает. У него другая. Он с ней спит.
– Да я же сказала, я
Он бросил рюкзак на пол.
– В каком смысле ты
– Я об этом знаю с Рождества. А ты как узнал?
– Неважно… То есть ты полгода об этом знала?
– Да.
Он засмеялся.
– И он тебе все равно нужен?
Я пожала плечами.
– Но зачем?
– Я не понимаю, о чем ты.
Он покачал головой.
– Рианнон, я люблю тебя с тех пор, как впервые увидел. Я не думаю больше ни о ком и ни о чем. Когда я разговариваю с другими женщинами, я сравниваю их с тобой.
– Я вижу, как ты на работе постоянно разговариваешь с Ланой и Дэйзи. Подкатываешь к ним обеим.
– Я с ними просто разговариваю, вот и все. С Дэйзи мы дружим. А Лана… Ну, Лана – она двинутая.
– А почему ты так уверен, что
– А может, мне плевать? Может, я так в тебя влюблен, что мне все равно? С тех пор, как ты мне рассказала про ребенка, я вообще ни о чем другом не могу думать. Я хочу быть отцом.
– Эй Джей, ты хочешь путешествовать. Ты мне когда-то говорил, что не хочешь пускать корни. А теперь решил заковать себя в кандалы?
– Я передумал.
