Заметив, что Полина совсем расклеилась и оробела, Черный подошел вплотную и навис над ней:
— Маленькая, я тебя очень люблю и никому не дам нарушить твой покой, — словно устав сдерживаться, он наклонился и царапнул жесткими губами по полуоткрытому рту Полины и замер, как будто считывая её реакцию. В предыдущие три дня Захар часто целовал ее в висок или лоб, но до губ дотронулся впервые, поэтому она растерялась. Даже задержала дыхание и уже собиралась дернуться в сторону, но потом вдруг вспомнила, что она его невеста. Понимая, что не стоит бояться собственного жениха, сначала робко ответила на поцелуй, но все-таки не смогла пересилить себя и уперлась в широкую мужскую грудь руками:
— Я замерзла. Пойдем?
Внутри дом показался еще больше, чем снаружи. Но организм был еще ослаблен, а поездка заняла много сил, поэтому Полине очень сходить в душ, чтобы смыть с себя больничный запах и прилечь.
— Ты не мог бы показать мне комнату, в которой я буду спать? — произнеся вопрос вслух, она почти мгновенно поняла, что снова сморозила глупость. Он, ведь, её жених, а значит у них должна быть общая комната…
Решив исправить оплошность, она исподлобья посмотрела на Захара, держащего её чемодан, и виновато пробормотала:
— Прости, я просто не догадалась… Мы, наверно, спим вместе…
Одна из бровей Чёрного удивленно изогнулась, а затем он ответил, явно забавляясь ситуацией:
— Перестань постоянно извиняться. Если ты хочешь спать отдельно, просто скажи.
— Нет, нет! Что ты! — чувствуя, что в очередной раз облажалась, опустила голову, поплелась за Захаром вверх во широкой лестнице и послушно вошла в одну из спален.
— Располагайся, не буду мешать, — Черный оставил чемодан посреди комнаты, поцеловал Полину в нос и вышел.
Когда Белова осталась одна, то наконец выдохнула. Ещё вчера, лежа в больнице, она представляла их союз с Захаром, как что-то далекое и туманное, а уже сегодня все стало слишком реальным и стремительным. Как к этому привыкнуть?
— Нужно взять себя в руки! — решила Полина и принялась за разбор чемодана. Еще раз внимательно осмотрев тончайшие блузки, джинсы и несколько комплектов шикарно белья, Белова совсем растерялась: ни одну из вещей вспомнить не получилось, а некоторые вообще показались совершенно новыми. Решив обязательно спросить об этом позже, Полина приняла душ, переоделась в шелковую пижаму и принялась с содроганием сердца ждать Захара.
Время шло, а Черного все не было, поэтому Полина проверила свои страницы в социальных сетях и перекинулась парой сообщений с одногруппниками. Ей хотелось хоть немного вспомнить что-то из забытого, но телефон совсем не помогал в этом, а только запутывал. Накануне Чёрный принес ей в больницу дорогущий смартфон последней модели, сказав, что её старый телефон разбился во время потасовки с Золотаревой. Вот только все переписки и фотографии восстановить не удалось, ведь пароля она не помнила. Именно поэтому теперь она привыкала к новому гаджету и довольствовалась всего парой социальных сетей.
Отправив Вике последнее сообщение, она включила на телефоне какое-то видео. Под болтовню столичного блогера мысли Полины начали постепенно замедляться и путаться, приобретая причудливые очертания и она, наконец, уснула чрезвычайно тревожным, но крепким сном.
— Тише… Тише, маленькая, — открыв глаза, Полина не сразу сориентировалась в темноте, поэтому вздрогнула и попыталась высвободиться из чьих-то обжигающих объятий. Однако, поняв, что бьется руках Черного, немного успокоилась.
— Не плачь, это просто сон. Ну чего ты испугалась? Я рядом, маленькая — мягко убеждал он, стирая со щек Полины мокрые дорожки слёз.
— Мне приснилось, что…, - тут помешал новый всхлип, поэтому фраза оборвалась на полуслове, превратившись бессвязную кашу.
— Не вспоминай, не надо, — мягкий приказ Захара прозвучал очень тихо, но Полина ощутила, как напряглись его руки, до этого мягко сжимающие её талию.
