Одним из ведущих заседания был обергруппенфюрер СС (генерал рода войск) доктор Шайд, директор компании «Hermannsdorfwerke und Schenburg» (в других источниках указано название «Hermsdorf-Schönburg GmbH» — прим. перев.). Перед подиумом сидели руководители концернов «Messerschmitt» («Мессершмитт»), «Röchling» («Рёхлинг»), «Volkswagen» («Фольксваген»), «Siemens» («Сименс»), «Krupp» («Крупп»), «Kirdorf» («Кирдорф») и других фирм, дотации и взносы которых Борман и Вильгельм Кепплер (генеральный директор «Dresdner Bank» («Дрезднер Банк», филиала «И.Г. Фарбен») собирали для нацистской партии на протяжении тридцатых годов. Курт фон Шрёдер, Карл Раше (директор «Дрезд-нер Банк»), Карл Линдеман, президент Торговой палаты тоже были там. Неко-торые присутствовали только 11 августа. Руководители Гестапо и СД их при-крывали и защищали…
Тридцать четыре из присутствующих приехали по личному приглашению Германа Шмитца и Шайда. Давайте послушаем последнего, который сделал основной доклад, из которого затем последуют выводы:
«Германия уже проиграла кампанию во Франции. Решение, которое мы собираемся тут принять, определит будущее Германии, которая с этого момента уже должна готовиться к экономическому сражению, которое последует за концом войны, так, чтобы обеспечить возрождение нашей страны []. Нужно, чтобы мы усилили наши контакты с иностранными обществами, но каждая фирма в индивидуальном порядке, не привлекая внимания.
[]. Должна быть подготовлена почва, чтобы мы после войны могли заимствовать за границей значительные суммы…» И Шайд подчеркнул, что многие немецкие промышленные патенты уже разделены с различными американскими трансна-циональными корпорациями, среди которых «Chemical Foundation», «United States Steel Corporation», «National Tube», «Carnegie» (в Иллинойсе), и т. д. Он предлагает тем, у кого нет адресов за границей, предоставить им их, чтобы инициировать слияния, которые могли бы быть предметом их скрытного обсуждения.
Приблизительно тринадцать звукозаписывающих систем, фиксировавших не только речи Шайда и других выступавших, но также и разговоры, которые вели между собой гости в зале или в кулуарах, функционировали постоянно. Копии были отправлены Борману. Казначейство США смогло получить все эти матери-алы, включая поименный список гостей.
Очевидно, на встречу приехали не все директора, но, например, концерн «Крупп» представлял доктор Каспар, «Рёхлинг» — доктор Толле, министерство вооружений представлял Штрёсснер, от имени Альберта Шпеера присутствовал доктор Боссе. Шайд упоминал «Zeiss», «Leica» и «Hamburg-Amerika Line» как пример фирм, которые уже давно научились защищать немецкие интересы на мировом уровне.
Именно доктор Боссе, один из помощников Альберта Шпеера, берет слово во второй половине дня 10 августа, перед более узким составом публики, чем утром. Он упоминает французских «маки» (партизан), чтобы сказать, что в определенное время, возможно, возникнет необходимость, чтобы некоторые руководители финансов или промышленности сбежали или затаились в ожида-нии развития политических процессов на Востоке, на Западе, и между Востоком и Западом.
«Отныне нужно, говорил он, чтобы большие фирмы создавали конструкторские бюро и исследовательские лаборатории с сокращенным персоналом, чтобы нельзя было понять, что в них происходит. Авторы плана предусмотрели фи-нансовые средства для их создания или обеспечения. У каждого из этих бюро будет своя связь с одним из партийных руководителей и, через него, с рейхс-ляйтером Мартином Борманом».
