Обе эти гомилии связаны личностью св. ап. Петра.
Пример его жизни становится иллюстрацией к любимой мысли Беды: «вера, действующая любовью». Он выразил ее, например, в «Житии св. Катберта», в эпизоде смерти Бойзила, наставника святого:
... они беседовали не о сложных вещах, но о простых, о «вере, действующей любовью...» («Житие св. Катберта», гл. 8).
Если XV гомилия повествовала о «великом совершенстве любви», то в XVI говорится о «великом совершенстве веры», «великой твердости той же совершенной веры против всех искушений» (с. 219).
На протяжении гомилии мы встречаем несколько мест, заставляющих нас вспомнить гомилию предыдущего дня. Так, в самом начале XVI гомилии Беда разбирает вопрос Господа о том, за Кого Его принимают люди, и ответ Ему Петра:
Ибо как Петр отвечает один за всех, когда Господь спрашивает всех вообще, так то, что Он отвечает Петру, в лице Петра Он отвечает всем (с. 219).
По структуре и смыслу эта цитата повторяет сходное место из XV гомилии. Там речь идет о пастырском долге: «То, что сказано Петру “Паси Моих овец”» (Ин 21:15), сказано на самом деле всем. Ибо то были прочие апостолы, что был и Петр» (с. 219). Однако Петр получает от Господа первенство, чтобы, согласно Беде, не разрушалось «единство Церкви» (с. 219), и может спрашивать Его от лица всех и получать ответ.
Точкой соприкосновения с XV гомилией является истолкование имени св. ап. Петра. В XV гомилии рассматривалось имя апостола как «Симон Иоаннов» (Ин 21:15) (с. 215), понимаемое символически. Имя «Иоанн», согласно Беде, указывает на Царство Небесное, ««небесную» отчизну» (с. 215), откуда Господь посылает любовь в сердце человека; «Симон» толкуется как «послушный»; сочетание «Симон Иоаннов» указывает на большую глубину любви св. ап. Петра к Богу. В XVI гомилии Беда строит свои объяснения, снова опираясь на имя апостола, упомянутое в другом евангельском стихе: «Симон, сын Ионин» (Мф 16:17). Беда пишет: «Вар-Иона по-сирийски, по-латыни же означает “сын голубки”» (с. 221), и показывает простоту и целостность натуры Петра, без сомнений следующего за Господом.
Значения имен с разных сторон раскрывают личность апостола. Еще одну черту к образу ап. Петра добавляет имя «Петр», которое нарекает Своему ученику Сам Господь: «... Ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою» (Мф 16:18). Эта евангельская цитата возвращает слушателей к предыдущей, XV, гомилии, где говорится о «первенстве» св. ап. Петра ради «единства церкви», которая создается через рукоположение епископов и пресвитеров — сначала св. Петром и другими апостолами, затем епископами.
«Ключи Царства Небесного» (Мф 16:19) становятся центральным образом для комментариев на стих Мф 16:19.
Согласно Беде, ключи аллегорически толкуются как «мудрость и власть рассуждения» (с. 222), дар различать достойных и недостойных, «вязать и решить» (ср. Мф 16:19).
Они вручаются св. Петру как знак «исповедания по причине большой любви и веры» (с. 222), без которых никто не может войти в Царство Небесное.
Так в конце XVI гомилии соединяются подтемы обеих проповедей — любовь и вера. Снова Беда возвращается к мысли о первенстве св. Петра среди равных. Ключи даются всем апостолам, затем епископам и пресвитерам — в лице Петра. Эта мысль соединяет обе гомилии в портрет — диптих: Петр как пример любви и веры, Петр — как человек, обеспечивающий целостность церковной иерархии, и как лицо, создающее иерархию мира, отделяющее верных от всех прочих людей. Тут же говорится и об обязанности пресвитера, причем в XVI гомилии показано, как заповеди любви, перечисленные в XV, претворяются в жизнь.
XXI гомилия произнесена на праздник Обновления Иерусалимского храма. Для братии монастыря Веармут и Ярроу этот праздник был чрезвычайно значим, так как это был день освящения одного из храмов монастыря. Благодаря тому, что мы знаем, когда празднуется день Обновления Храма, возможно точно установить и день произнесения проповеди, и день освящения храма.
Праздник освящения храма конкретен и является частью земной жизни обители. Само здание храма, где собирается братия, реально и материально. Беда ставит перед собой задачу сразу вывести мысли слушателей за пределы реального. Сначала он разрывает пределы времени и пространства, указывая на родство в вечности Иерусалимского храма и освященного в память о нем храма монастырского.
