Литератор, историк, профессор Петербургского университета. Встречи Достоевского с ним носили случайный характер, но писатель следил за творчеством профессора и критически к нему относился. В первой половине 1860-х гг. Достоевский собирался написать отдельную статью о Костомарове в связи с его полемикой со славянофилами, замысел этот не реализовался, но частично отразился в «Ряде статей о русской литературе» («Вопрос об университетах»). Имя Костомарова неоднократно упоминалось в записных тетрадях той поры в негативном тоне. Характерны в этом отношении строки: «Костомарову. Да и время наше есть время опошленных истин. <…> Костом<аров> служит многим господам. <…> Г-н Костомаров, который не сегда пожинал лавры от нигилистов, хлопочет, может быть, о возвращении этих аплодисментов. Потому-то, вероятно, он и Пушкина пошляком выругал. Русский-то историк! Пушкина-то!
Чтоб быть русским историком, нужно быть прежде всего русским.
Вы не русского духа, я сужу это по фактам и говорю в глаза…» [ПСС, т. 20, с. 176, 178]
<p>Котельницкий Василий Михайлович</p>(1769–1844)
Двоюродный дед писателя по материнской линии; доктор медицины, профессор и декан медицинского факультета Московского университета. По воспоминаниям А. М. Достоевского, Котельницкий регулярно бывал в их доме и очень любил маленьких братьев и сестёр Достоевских (сам он был бездетен). В свою очередь, трое старших братьев (Михаил, Фёдор и Андрей) каждую Пасху ходили к двоюродному деду и тот после праздничного обеда водил их по ярмарочным балаганам.
<p>Кошлаков Дмитрий Иванович</p>(1834–1891)
Врач-терапевт, профессор Петербургской Медико-хирургической академии. С зимы 1874 г. консультировал Достоевского, был участником консилиума у постели умирающего писателя в январе 1881 г.
<p>Краевский Андрей Александрович</p>(1810–1889)
Журналист, издатель-редактор журнала «Отечественные записки» (1839–1860) и газеты «Голос» (1863–1884); в 1852–1862 гг. — редактор «Санкт-Петербургских ведомостей». Охотно публиковал произведения раннего Достоевского («Двойник», «Белые ночи», «Хозяйка», «Неточка Незванова» и др.) Он напечатал его «тюремный» рассказ «Маленький герой» и «сибирскую» повесть «Село Степанчиково и его обитатели». Однако ж, такое плодотворное сотрудничество не очень радовало Достоевского.
А. А. Краевский
Писатель работал (как и другие авторы ОЗ) по договору и должен был к сроку сдать определённое количество листов, получая за свой труд сравнительно мизерную оплату. В эпилоге «Униженных и оскорблённых» писатель вывел Краевского под именем журналиста-«антрепренёра» Александра Петровича. О том, как тяготило его сотрудничество с Краевским писатель рассказал в письме к М. Н. Каткову от 11 января 1858 г.: «Но работа для денег и работа для искусства — для меня две вещи несовместные. Все три года моей давнишней литературной деятельности в Петербурге я страдал через это. Лучшие идеи мои, лучшие планы повестей и романов я не хотел профанировать, работая поспешно и к сроку. Я так их любил, так желал создать их не наскоро, а с любовью, что, мне кажется, скорее бы умер, чем решился бы поступать с своими лучшими идеями не честно. Но, быв постоянно должен А. А. Краевскому (который, впрочем, никогда не вымогал из меня работу и всегда давал мне время), — я сам был связан по рукам и по ногам. Зная наприм<ер>, что у него нет ничего для выхода книжки, я иногда 26 числа, то есть за 4 дня до выхода, принуждал себя выдумывать какую-нибудь повесть и нередко выдумывал и писал в 4 дня. Иногда выходило скверно, иной раз недурно, судя по крайней мере по отзывам других журналов. Конечно, я часто имел по нескольку месяцев времени, чтобы приготовить что-нибудь получше. Но дело было в том, что я сам никогда не знал, что у меня столько м<еся>цев впереди; потому что сам всегда поставлял себе сроку не более м<еся>ца; зная, что надобно было к следующему м<еся>цу выручать г-на Краевского. Но проходил месяц, проходило их пять, а я только мучился, как бы выдумать повесть получше, потому что дурное печатать тоже не хотелось, да было бы и нечестно перед г-ном Краевским. <…> Те годы оставили на меня тяжёлое впечатление…» Ещё более резко и определённо писал молодой Достоевский М. М. Достоевскому (7 окт. 1846 г.): «А система всегдашнего долга, которую так распространяет Краевский, есть система моего рабства и зависимости литературной…»
А. А. Краевский и Ф. М. Достоевский. Карикатура Н. А. Степанова, 1848 г.
