После этой встречи, поздней осенью, когда воздух Петербурга был пропитан туманной сыростью, на Владимирской улице я снова встретил Ф. М. Достоевского вместе с Д. В. Григоровичем. Фёдор Михайлович приветливо ответил на мой поклон. Контраст между обоими писателями был большой: Григорович, высокий, белый как лунь, с моложавым цветом лица, был одет изящно, ступал твёрдо, держался прямо и высоко нёс свою красивую голову в мягкой шляпе. Достоевский шёл сгорбившись, с приподнятым воротником пальто, в круглой суконной шапке; ноги, обутые в высокие галоши, он волочил, тяжело опираясь на зонтик…
Я смотрел им вслед. У меня мелькнула мысль, что Григорович переживает Достоевского…» [Д. в восп., т. 2, с. 474–476]
<p>Попов Михаил Васильевич</p>(1836–1906)
Купец, издатель, владелец книжного магазина в петербургском Пассаже, продавал «Дневник писателя» и др. произведения Достоевского. Именно книжный магазин Попова 22 января 1873 г., в день, когда в «Голосе» появилось объявление о выходе отдельного издания «Бесов» (первого издания затеянного А. Г. Достоевской частного издательства) первым взял на продажу 10 экз. романа со скидкой в 20 процентов (том стоил 3 руб. 50 коп., Анна Григорьевна отдавала книгопродавцам за 2 руб. 80 коп.). Это знаменательное событие, естественно, нашло своё отражение в «Воспоминаниях» жены писателя.
<p>Попов Михаил Иванович</p>(?—1882)
Надворный советник, хозяин квартиры в доме А. А. Астафьевой на углу Малой Мещанской улицы и Екатерининского канала в Петербурге, где Достоевский и М. Д. Достоевская проживали с сентября 1861 г. по август 1863 г. У жильца с владельцем квартиры через год случился конфликт из-за задолженности, о чём ярко свидетельствует сохранившееся письмо Попова к Достоевскому от 17 сентября 1862 г., написанное прямо-таки слогом Лужина: «Вы изъявили неудовольствие за то, что я посылаю к Вам, подобно как и прочим жильцам, дворника <…> На это позвольте возразить, во-первых, что кроме дворника я не имею другого лица для рассылок по делам дома; а во 2-х, что если это Вам не нравится, то от Вас зависит своевременным платежом квартирных денег устранить подобную присылку дворника. Вместе с этим вынужденным считаю покорнейше просить Вас ускорить платежом квартирных денег и уведомить меня, когда именно я могу этого ожидать» [Летопись, т. 1, с. 379–380]
<p>Попов Пётр Александрович</p>(1832–1872)
Кредитор Достоевского. Известно 9 писем Попова к писателю (1865–1867) с просьбами и требованиями уплатить деньги по векселю. Из этих писем ясно, что Попов лично навещал Достоевского и неоднократно, а также то, что Фёдор Михайлович, со своей стороны, написал настойчивому кредитору не менее 7 писем, которые не сохранились. Причём речь шла о долге покойного брата писателя, М. М. Достоевского, издателю Г. Е. Благосветлову. В отличие от предыдущего Попова (Попова М. И., квартировладельца), этот Попов писал не сухим канцелярским слогом, а подпускал в свои письма-требования к «писателю» иронию, сарказм и даже откровенное хамство: «Главное их [писем Достоевского] содержание заключается в том, чтобы я сколько возможно укреплялся терпением и ожиданием того времени, когда будут у вас деньги; но ведь будущее известно одному Богу, от нас же, смертных, оно закрыто, и потому я решительно не знаю, когда ниспошлётся вам финансовая манна?..» (27 янв. 1866 г.) «Читая ваше письмо от 13 сего марта, нельзя не удивляться необыкновенным вашим понятиям о вексельном кредите, установленном монаршими законами. <…> Напрасно вы изъявляете неудовольствие, что я будто бы подсмеиваюсь в моём письме над вашею болезнию, чего я не имел и в помышлении, а коснулся о сем потому только, что вы почти в каждом письме извиняете себя в неустойках ваших и обещаниях болезненными припадками и за это навязываете мне для испытания вашу болезнь; благодарю, но даже не желаю и вам ею пользоваться…» (15 мар. 1866 г.) [Белов, т. 2, с. 125]
Это желчный и неуемный вымогатель Попов во многом и способствовал решению Достоевского хоть на время скрыться за границей, что он вскоре, в апреле 1867 г., и сделал.
<p>Порецкий Александр Устинович</p>(1818–1879)
