А. И. Кошелев говорил: «Без православия наша народность — дрянь. С православием наша народность имеет мировое значение». А Иван Киреевский говорил: «Особенность России заключалась лишь в самой полноте и чистоте того выражения, которое христианское учение получило в ней, — во всём объеме её общественного и частного быта».
…У меня есть глубокое убеждение, что мы призваны решить большую часть проблем социального порядка, завершить большую часть идей, возникших в старых обществах, ответить на важнейшие вопросы, какие занимают человечество.
Удивляюсь как славяно беснующиеся не понимают истории, не понимают европейского развития, — это помешательство. Славяне в будущем, вероятно, призваны ко многому, но что же они сделали со своим стоячим православием и чуждостью от всего человеческого?
По нашему мнению, все зло происходит от присутствия среди населения юго-западного края чрезмерного количества эксплуататорского элемента, ведущего жизнь паразитную и представляемого преимущественно национальностью евреев. Масса жидов в юго-западном крае, не занимающихся земледелием, с своими антисоциальными обычаями, убеждениями и формами жизни, есть ничто иное, как червь, обгладывающий растение, высасывающий последние соки из населения юго-западного края.
Пик либерализации российского общества эпохи «Великих реформ» наступил после принятие в 1865 г. нового закона о печати, упразднившего цензуру, свирепствовавшую при Николае I. Впервые в России появилась возможность вести публичные дискуссии в печати на самые разные социально-политические темы. По новому закону:
