Особенностью путевых заметок Достоевского 1867–1871 годов является их истерический тон и осудительная направленность, касающаяся буквально всего, с чем бы ни сталкивался писатель, путешествуя по Западной Европе: люди — омерзительны, обычая — гнусные, пейзажи — скучные. Достоевского ничего уже на Западе не интересует, он заведомо знает, что для него «нравственное влияние заграницы будет очень дурное», что там ему нечему ни учиться, ни дивиться. Очередной парадокс? — без сомнения! Да и как иначе можно характеризовать такого рода эмоции русского человека, направляющего за границу подлечиться — потому лишь, подчеркнем, что на его родине с медициной, особенно с легочными и психическими болезнями, дела обстоят из рук вон плохо: ни курортов, ни санаториев, ни специалистов[397].
Итак, в Германии Достоевского в поездках теперь все раздражало, в первую очередь — сами немцы. Впрочем, последующие замечания Достоевского, его характеристики ситуаций, людей и ландшафтов других европейских стран, все также полны желчного ворчания и высокомерной неприязни:
