Если бы Кендалл попался в лапы «поисковых команд», то уже было бы объявлено, что тело найдено, и раз об этом пока не сообщили, можно было надеяться. Кендалл сказал, что попытается покинуть страну. Из-за вспышек болезни Гранта многие государства пускали на свою территорию приехавших из США только после нескольких дней карантина, даже если они были альфами или бетами, и Кендалл сейчас вполне мог находиться в изоляторе.
Когда репортаж о ходе поисков Питера Кендалла завершился и ведущий заговорил о переброске флота из Сан-Диего на Гавайи, Дэрил захлопнул крышку ноутбука — заряд аккумулятора надо было экономить.
— А вдруг он не вернётся? — сказал вдруг Эйдан. — Его пытались убить и, возможно, будут пытаться ещё. Возвращаться слишком опасно.
— Он не бросит тебя, — уверенно сказал Дэрил. — Вы пара.
— Это проходит со временем. И даже лечится.
— Вылечила тебя та таблетка?
Эйдан покачал головой. Таблетка словно заморозила и успокоила желание, но он не переставал думать о Кендалле, вспоминать его, переживать за него. Любить?.. Он попытался выкинуть эти мысли из головы и заняться делом.
Омеги нашли ему применение. Они росли в воспитательных центрах и плохо, если не сказать отвратительно, разбирались в технике. Эйдан не был великим специалистом, но кое-чему научился от отца, и теперь пытался починить пару раций. Работа отвлекала, и Эйдан надеялся, что сможет хоть чем-то помочь тем, кто укрывал его и делился едой из своих ограниченных запасов.
Работать Эйдан начал недавно: первые три дня после ухода Кендалла он был настолько слаб, что не мог подняться с лежанки. Дэрил приносил ему еду и воду и кормил чуть ли не с ложки. Он же объяснил, что произошло.
— Это течка. Когда она начинается, происходит выброс гормонов, в основном эндорфинов и адреналина, и организм получает такой приток сил, что почти не чувствует усталость и голод. На альфу и омегу это действует как допинг на спортсменов. Может, только поэтому вы с Кендаллом и смогли продержаться так долго… На этих гормонах можно не спать по двоё-трое суток или почти не есть. Но потом приходит расплата — как у тебя сейчас. Ты выработал все ресурсы, даже больше, чем было, так что теперь придётся отлёживаться.
***
Прошло две недели, и в новостях упоминания о Кендалле и поисках Глена Стивенса успели сместиться с первых мест на нижние — для того лишь, чтобы взмыть на самый верх, когда стало известно, что Питер Кендалл жив и находится в Китае, в шанхайской клинике, и собирает пресс-конференцию, где обещает рассказать об обстоятельствах своего исчезновения.
— Господи, они же убьют его прямо там! — первой в голову Эйдана пришла именно эта мысль.
— Думаю, он знает, что делает, — попытался приободрить его Дэрил, но получилось плохо. — Не знаю, как он сумел перебраться в Китай, но там он в относительной безопасности.
Эйдан был с этим согласен: отношения с гигантской восточной империей были неровными, и поэтому президент не решится агрессивные действия на китайской территории, да и полюбовно договориться о выдаче Кендалла тоже вряд ли сумеет: Китай не одобрял внешнюю политику консерваторов, и не скрывал, что будет рад победе Либеральной партии на выборах.
Китайская сторона подошла к организации пресс-конференции основательно и особенно сильно озаботилась вопросами безопасности. Например, не сообщалось, где будет проходить встреча, было лишь указано время сбора в бизнес-центре Шанхайской башни, откуда журналистов после проверки и сканирования доставят в засекреченное место. Китайцы честно говорили, что признают столь тщательный личный досмотр нарушением прав и свобод и ни в коем случае не настаивают на его проведении, но те журналисты, которые откажутся его пройти, на пресс-конференцию допущены не будут.
Эйдан, как и все остальные омеги в лагере, с нетерпением ждал полудня по шанхайскому времени, когда Кендалл должен был выйти к журналистам. Эйдан не находил себе покоя, переживая и за мужа, и за отца. Если отец жив, обвинения с него будут сняты, как только Кендалл подтвердит его непричастность к собственному исчезновению. Если он жив…
Прямая трансляция началась в девять вечера. Кендалл появился в зале минута в минуту. Вместе с ним к журналистам вышли его пресс-секретарь и пожилой бета, судя по табличке на столе, доктор Цзян Бинлинь из Государственного комитета по делам здравоохранения и планового деторождения. Кендалл выглядел не намного лучше, чем в тот день, когда Эйдан видел его в последний раз: почти такой же исхудавший, с ввалившимися щеками и упрямо сжатыми губами, разве что солнечные ожоги на лице прошли.
Конференц-зал был до отказа заполнен журналистами, в основном из американских СМИ, и охраной. Эйдан не очень разбирался в таких вещах, но несколько десятков людей в форме, неподвижно выстроившихся вдоль стен, у дверей и даже возле стола, где сидели выступающие, походили на настоящих военных.
Первым слово взял пресс-секретарь, ничего, впрочем, интересного не сказав. Потом заговорил сам Кендалл.
