Не спорю, сложно не заметить, когда игрок именитого клуба не обращается в полицию с переломом руки или вывихом. Один или два раза не страшно, но когда это уже систематически, то трудно закрыть глаза на очевидные совпадения. Слава Ками, что за последние полгода это только вторая драка, а не пятая, как это было хотя бы год или полтора назад.
— Мне все равно. — пожимаю плечами, чувствуя как неприятно тянет не только отбитые пальцы, но и некогда повреждённое плечо. — Сколько на этот раз?
— Нисколько. — отвечает так легко, что не заметить подвох невозможно. — Но… мне крайне интересно, почему ты бегаешь за него. Как будто ты не знаешь, сколько платят основному составу клуба.
Знаю. Дофига и больше. Особенно первому составу, особенно ключевым игрокам и игрокам Сборной. А Тобио на пару с Ушивакой и Бокуто, получают и за то и за другое. Так что да, Тобио мог бы платить всем и сам, но вряд ли до него дошло, что так можно. Вряд ли бы хватало сноровки, чтобы сделать это без лишних свидетелей. Да и сам Тобио не до конца осознает, насколько легко потерять место в сборной и в клубе; а может и осознает, но не напрягается, пока ему даже особых выговоров не делают. Не напрягается, пока из-за несдержанности его жизнь и карьера могут пойти под откос.
— Когда-то давно он вытащил меня из того дерьма, в котором я погрязла. — широко распахивает глаза, совсем забывая, что не только мужчины знают грязные словечки. — Я как минимум ему обязана. А как максимум, я не хочу, чтобы Тобио вылетел из Сборной из-за своей глупости.
— Интересно… — тянет немного задумчиво. — А Кагеяма знает, что ты втрескалась в него?
Не удерживаю себя от смешка. Боже, вечно забываю что это не универ. Там каждый второй член клуба знал, что мы встречаемся. И те кто знали, боялись лишний раз пикнуть в сторону Тобио. Потому им хватило мозгов не злить того, кто на первом курсе сломал руку в трёх местах одному из главных задир университетской сборной. За один лишь намёк. А здесь знают лишь Бокуто и Ушивака, и то, последний потому что видел нас вместе на Азиаде не в самом лучшем амплуа. Парнишка забавный. Даже очень.
— Хотела бы я ответить тебе, но нет. — поднимаюсь на ноги и поправив лямку сумки на плече и направляюсь к двери. Думаю, у этого забавного парня есть ещё куча вопросов, но ни на один из них я отвечать не собираюсь. За стенкой сидит человек, которому хочется прописать хорошую профилактическую взбучку. Чтобы наконец-то открыл глаза и понял все. Плевать если будет кричать, ругаться и психовать. Это в его интересах ограничиваться словесными перепалками, а не решать все проблемы и споры кулаками.
Открываю дверь и тут же натыкаюсь на злой взгляд. Стены здесь картонные, двери почти бумажные; совсем не удивлюсь если добрую половину разговора было прекрасно слышно. Брюнет щурится и почти рычит. У него рассечена губа и перемотано запястье. Нос немного отек и посинел. Легко отделался.
— Упс. — делаю шаг назад, на всякий случай удлиняя дистанцию. — Давно тут?
— С самого начала. — боги, а голос то какой. Не знай я его столько лет мигом бы посидела. Вон, парнишка за моей спиной даже икнул. Дёргает за запястье, даже не обратив внимание на моё болезненное шипение. Тянет куда-то вглубь спортивного комплекса и толкает в самую дальнюю дверь; зажигает свет ударом ладони по выключателю. — Рассказывай. Какую херню ты творила у меня за спиной?
Закатываю глаза. Тобио хмурится и почти шипит от злости. Давненько он так не злился. Ох как давненько. И приходится рассказать о том, почему я появлялась аккурат после всех его драк с мало-майски сильно покалеченными игроками или просто важными игроками. И как платила иногда относительно небольшую или, наоборот, кругленькую сумму за молчание. И по мере поступления информации хмурится всё сильнее, но уже не злится, просто пытается переварить всё услышанное. Не верит и не хочет верить, что большой спорт настолько сложен. Тобио умеет играть и побеждать, но в свои двадцать один, почти двадцать два, он едва ли способен на жизнь без вот такого присмотра.
— Пообещай, что больше не будешь так делать. — вскидываю брови, искренне не понимая, почему он это просит. — Это моя обязанность оберегать тебя, а не наоборот.
— Никаких драк Тобио и, быть может, я соглашусь.
С готовностью кивает, принимая условия.
В Мияги возвращаюсь к середине декабря. Тренерский штаб тонко намекнул, что нужно отдохнуть. Не особо была против, так что собрав всё необходимое с квартиры в Токио, сажусь на ближайший поезд до Сендая. Почти полные сутки трачу на уборку, ведь здесь никто не жил почти полгода. Ещё сутки требуется чтобы зайти к Кею и его семье, свою старшую школу, где моя фотография висит на стенде гордости, и даже в начальную. Ясуда-сан, которому уже ближе к шестидесяти, был так рад меня видеть, что сначала я даже не поверила. Это неожиданно приятно и странно — знать, что есть место где тебе всегда рады и где всегда ждут.
