В то же время в Египте, Сирии и Иордании уже были установлены в крупных городах приёмные станции системы «Орбита», принимавшие сигнал спутника «Молния», обслуживавшего восточную часть Северного полушария планеты (АИ). В Египте, Сирии, Иордании, Ираке и Иране передачи советского телевидения использовали в школах, на уроках русского языка. Сообщение о полёте арабских космонавтов привело к массовому срыву уроков. Школьники половины арабского мира с криками высыпали на улицы.
Как и в случае предыдущего полёта, были организованы прямые телевизионные включения с борта космического корабля, телемост с президентами Египта, Сирии и премьер-министром Иордании, возвратившимися с переговоров.
Премьер-министр Бен-Гурион прибыл в только что открывшуюся дипломатическую миссию в Иерусалиме, где по такому случаю была развёрнута передвижная телевизионная студия, и лично поздравил по телевидению международный экипаж, пожелав ему успешного выполнения задач полёта и благополучной посадки (АИ). Его поздравление транслировалось через дирижабль и спутник «Молния» на всю северную часть восточного полушария. В арабском мире сам факт обращения израильского премьера с поздравлениями к арабским космонавтам был воспринят как шок и сенсация.
Как только «Шерут ха-шидур» сообщила о полёте в космос советского космонавта Финштейна, в Израиле началось грандиозное веселье и пьянка, сравнимая по масштабам разве что с праздником «Пурим». К счастью, полёт пришёлся на среду, а не на субботу. К вечеру по всему Израилю на улицах лежали пьяные (Если ви таки думаете, щто евреи не пьют, таки ви сильно ошибаетесь https://news.boyarka.name/interesnoe/2702-opyat-evrei-napilis.html Они такие же люди, и таки умеют хорошо повеселиться)
Пока на Земле праздновали, на орбите шла напряжённая работа. Космонавты по очереди делали физические упражнения. Их костюмы «Пингвин» ещё на Земле имели разные индивидуальные регулировки, значения натяжения каждого ремня были запротоколированы, и теперь космонавты, проделывая комплекс физических упражнений, сравнивали свои ощущения и передавали их на Землю. Регулировать «Пингвины» в полёте было сложно, для этого нужно было снимать скафандры, а сделать это в тесном спускаемом аппарате, не заехав локтем в лицо соседу, было почти невозможно. Приходилось довольствоваться уже имеющимися настройками.
«Зяма» Финштейн тщательно тестировал все системы нового скафандра. Всё работало более-менее прилично, хотя недочётов, подлежащих исправлению, тоже хватало. Зиновий Яковлевич диктовал на магнитофон свои наблюдения, Асад скрупулёзно дублировал их в бортовой журнал.
В середине первого дня полёта космонавты впервые использовали новую бортовую кухню – микроволновку и термостат, чтобы разогреть тубы и контейнеры с пищей. У ЦУПа были определённые опасения на этот счёт, аппаратуру хотя и отлаживали на Земле, но времени на отработку было немного. В основном ожидали некорректной работы цифрового реле времени, но опасения оказались излишними. Использованные в конструкции специализированные микросхемы-таймеры были хорошо защищены от внешних радиационных воздействий конструктивными мерами, и отказов на протяжении всего полёта не наблюдалось.
После обеда и небольшого отдыха эксперименты на борту были продолжены. В основном, все опыты проводились при выходе корабля из радиовидимости наземных пунктов управления, а время прохождения над территорией СССР, Европы и Ближнего Востока использовали для общения с телевизионной аудиторией и докладов руководителям полёта.
Физические упражнения после 4-го витка были прекращены, начался период адаптации к невесомости. К упражнениям вернулись на второй день, после того, как организмы космонавтов пришли в норму. В комплекс наземных тренировок после полёта Титова были внесены изменения, но космонавты международных экипажей успели потренироваться по новой программе всего пару дней.
На второй день возобновили физические тренировки, а также испытывали бритвы, гигиенические устройства и принадлежности, опробовали систему брикетирования бытового мусора.
Продуманный подход ОКБ-1 к организации подготовки длительных полётов позволил избежать многих неприятных моментов, с которыми столкнулись позднее астронавты NASA, из-за несовершенства ассенизационной аппаратуры (когда экскременты частенько летали по кабине или даже по отсекам орбитальной станции «Скайлэб»).
Помимо испытаний бытовых устройств, космонавты проводили чисто научные эксперименты и наблюдения. В частности, Хосни Мубарак фотографировал территорию Египта, в интересах строителей Асуанской плотины, эти снимки впоследствии помогли уточнить зону предстоящего затопления и эвакуировать из неё некоторые археологические памятники, не попавшие в первоначальный список (АИ).
