Финштейн и Асад проводили замеры уровня радиации за бортом, и интенсивности солнечного излучения, пробовали определить плотность остаточной атмосферы по торможению космического корабля в перигее орбиты, с помощью БЦВМ и отсчётов наземных средств наблюдения, передаваемых из ЦУП. В целом, три дня полёта прошли достаточно насыщенно.
Телевизионные трансляции с борта «Севера-5» вызвали очень большой интерес не только в арабских странах. Уже в первый день в Иерусалиме наблюдалось настоящее паломничество из Западного сектора в Восточный, где уже принималось спутниковое телевещание. Предприимчивые арабы выставляли пока ещё немногочисленные телевизоры прямо в окна на первых этажах, пытаясь делать собственный небольшой «гешефт» на гостях с сопредельной территории (АИ). Не было замечено никаких инцидентов или враждебности – совместный космический полёт стал примером мирного сотрудничества для обоих народов.
Разумеется, нашлись «радикалы» с обеих сторон, которые не приняли сам факт возможного примирения и взаимодействия, но их оказалось даже меньше, чем ожидали лидеры государств. Третий день полёта и посадка корабля «Север-5» совпали с суборбитальным полётом американского астронавта Алана Шеппарда на корабле «Меркурий», и полностью затмили его в мировых СМИ. Хрущёв придумал простейший и очень эффектный ход. При обсуждении полёта с руководителями Главкосмоса он попросил показать, как проецируется на поверхность Земли трасса полёта на посадочном витке.
– Корабль начинает торможение над Африкой, – пояснил Келдыш, – на снижении входит в атмосферу, проходит над Курдистаном, при этом полёт разделившихся отсеков корабля в атмосфере можно наблюдать из района города Поти на Кавказе. Затем дальнейшее снижение и посадка.
– В зависимости от наклонения орбиты посадка происходит либо в районе Саратова, либо в Казахстане, – добавил Королёв. – Гагарина и Титова мы встречали в Саратовской области, Юра немного промахнулся при посадке, километров на 500, но спасательные службы были хорошо подготовлены. 2 мая экипажи «Север-3» и «Север-4» в условиях Индии сумели принять без происшествий. Экипаж Финштейна тоже планируем принимать в Саратовской области.
Никита Сергеевич несколько минут размышлял, то так то этак прикладывая к глобусу транспортир.
– А это... если команду на посадку дать немного раньше, где корабль сядет? – спросил Первый секретарь.
– Э-э... смотря, насколько раньше... – Королёв и Келдыш переглянулись, внезапно осознав замысел Никиты Сергеевича. – Ох, едрить твою налево... – сообразил Сергей Павлович. – Это ж какой пропагандистский приём! А что, перебросить спасателей из Индии успеваем?
– Надо связаться с Каманиным, – решил Келдыш. – Дать ему команду срочно лететь...
– Но куда? Где сажать хотите?
Академик Келдыш прикинул в уме предварительные расчёты и ткнул карандашом в карту:
– Сюда!
Окончательный расчёт «южного» варианта посадки был тщательно проверен в МИАН, после чего утверждён Государственной комиссией. Космонавтов предупредили за несколько витков до посадки. Изменение плана полёта привело в восторг Хафеза Асада, в то же время изрядно обеспокоив командира экипажа Финштейна.
– Заря, вы там с местом посадки ничего не напутали?
– Всё нормально, Беркуты, изменение в полётном плане утверждено на самом верху.
– Гм… Ну да… им-то что… В случае чего, бить-то будут меня!
– Не тушуйся, Зяма, когда сядем, я всем скажу, что ты со мной! – успокоил Асад.
– Ты только на идиш не говори, – добавил Мубарак, – а мы просто скажем, что ты русский. По паспорту. В удостоверении космонавта только страна прописана, а не национальность.
– Так бить-то будут по морде, а не по паспорту! – ответил Финштейн, с сомнением проводя пальцем по переносице.
Однако приказ следовало выполнять.
Утром 5 мая, незадолго до старта Алана Шеппарда с космодрома Канаверал, космический корабль «Север-5», получив сигнал на посадку с судна КИК, включил тормозную двигательную установку над Южной Атлантикой. Он вошёл в атмосферу над Африкой и, пролетев огненным болидом над Египтом и Израилем, благополучно совершил посадку в Сирии, в полях между населёнными пунктами Batha, Hulwiyah и Tall Daman, примерно в 43 километрах к юго-юго-востоку от Алеппо (АИ).
Его ожидали переброшенные на самолётах из Индии поисково-спасательные команды, при поддержке двух дирижаблей радиолокационного дозора, предоставленных советским Средиземноморским флотом. Вертолёты встретили в воздухе снижающийся на парашюте корабль, и приземлились одновременно с ним. Спускаемый аппарат сразу же окружили сбежавшиеся с окрестных полей сирийские крестьяне. Узнав, что к ним «в гости» приземлился первый сирийский космонавт, его тут же начали качать, прямо в скафандре. По окончании процедуры качания Хафез Асад обнаружил, что всё, что можно было оторвать от скафандра, было оторвано на сувениры (АИ).
