– Глупость какая, – фыркнул Хрущёв. – Давить на нас и угрожать действительно бесполезно, а договариваться мы готовы, и сейчас, и всегда. Какая может быть слабость со стороны Соединенных Штатов? Это должен быть, и будет диалог равных, уважающих друг друга партнёров. Мы согласны только на такую постановку вопроса, и никак иначе.
– Очень хорошо, – улыбнулся Кеннеди. – Думаю, на первой расширенной встрече будет неплохо, если ваши и наши специалисты познакомятся друг с другом, и обсудят поподробнее возможности и варианты, а мы с вами их послушаем, зададим вопросы, чтобы самим представлять, что они нам предлагают.
– Годится, – согласился Никита Сергеевич. – Так я приглашаю наших товарищей из Главкосмоса?
– Конечно, – кивнул Кеннеди. – Люди из NASA здесь и готовы подключиться в любой момент.
Хрущёв повернулся к Громыко:
– Андрей Андреич, передайте товарищу Захарову, пусть наши космические специалисты подъезжают.
Для переговоров в расширенном составе пришлось перейти в зал побольше. Здесь стоял длинный стол для совещаний, к нему с одной стороны буквой «Т» приставили второй стол. На стене висел экран, перед ним разместился проектор. Кеннеди и Хрущёв уселись во главе стола, рядом. Позади пристроились переводчики, по обеим сторонам – Громыко и Раск. В углу за отдельным столом расположились два секретаря, советский и американский, они вели письменный протокол совещания.
Подъехал микроавтобус с советскими специалистами. Их провели в посольство, прямо в зал для совещания. Тут же появились и американцы. Приветствия при первой встрече были сдержанными. Стороны пока только осторожно присматривались друг к другу.
– Полагаю, для начала стоит познакомиться, – предложил Кеннеди. – Я представлю руководителей NASA, а уже они представят остальных. Итак, директор Джеймс Уэбб, и его заместитель по науке доктор Хью Драйден.
– Научный директор Главкосмоса академик Мстислав Всеволодович Келдыш, технический директор и Главный конструктор Сергей Павлович Королёв, административный директор Василий Михайлович Рябиков, – тут же представил советское космическое руководство Хрущёв.
Джеймс Уэбб продолжил представление со своей стороны:
– Технический руководитель проекта «Сатурн» Вернер фон Браун. Менеджер проектов «Меркурий» и «Сатурн», руководитель Исследовательского центра Льюиса Эйб Сильверстайн. Руководитель Целевой космической группы Роберт Гилрут.
– Руководитель разработки космического корабля «Север» и проекта орбитальной станции Михаил Клавдиевич Тихонравов, – представил Келдыш. – Главный проектант корабля Константин Петрович Феоктистов.
– Технический руководитель разработки кораблей «Меркурий», «Джемини» и «Аполло» Джим Чемберлин. Главный разработчик кораблей «Меркурий» и «Аполло» Макс Фаже.
Специалисты обеих сторон рассаживались по порядку должностей, и оказались прямо напротив. Фон Браун и Королёв рассматривали друг друга с тщательно скрываемым интересом. Не меньший интерес, но уже менее скрываемый, был заметен на лицах Феоктистова и Фаже.
Дождавшись, пока переводчик закончит переводить, президент предложил:
– Итак, господа, мы с Первым секретарём Хрущёвым пришли к принципиальному соглашению о сотрудничестве в освоении космоса. Господин Хрущёв рассказал мне о наличии в Советском Союзе многоэтапной космической программы, рассчитанной, как минимум, до конца столетия. Я предлагаю ознакомить наших русских коллег с имеющимися начальными наработками по лунной программе. Господин Первый секретарь, а ваши специалисты могли бы затем поподробнее рассказать о вашей комплексной программе освоения космоса?
– Конечно, – ответил Никита Сергеевич. – Я думаю, ознакомившись с вашей лунной программой, они и по ней смогут предложить интересные варианты.
– Мистер Гилрут, начнём с вашего варианта, прошу вас, – пригласил Уэбб. – Постарайтесь не увлекаться терминологией, пожалейте переводчиков.
Роберт Гилрут подошёл к проектору с пачкой слайдов в руке.
– Погасите свет, пожалуйста.
Он вставил слайды в лоток и включил проектор.
– У нас есть два основных варианта, и мы ещё не сделали окончательный выбор. Первый вариант, который мы прорабатывали – прямой полёт с Земли на Луну без выхода на промежуточную орбиту.
(Т.н. Direct Ascent – ранний вариант проекта, отвергнутый чуть позднее, летом 1961 г, когда стало ясно, что разработка ракеты «Nova» слишком затянется. https://en.wikipedia.org/wiki/Direct_ascent)
Большая ракета стартует с Земли и выводит сразу на трассу полёта к Луне двухступенчатую ракету много меньшего размера, с кабиной экипажа.
(https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/1/17/Apollo_Direct_Ascent.png/330px-Apollo_Direct_Ascent.png)
