Мы решили пойти другим путём, и сделать универсальный носитель, меньшей мощности, но при этом несколько одинаковых блоков можно объединять вместе, наращивая мощность в достаточно широких пределах. Эту концепцию мы отработали на ракете меньшей мощности «Союз-2». Взяли за основу серийную баллистическую ракету первого поколения, заменили на ней двигатель, удлинили, а потом приделали с боков ещё две такие же первые ступени, и получили носитель «Союз-2.3». А потом подумали: что, если взять, несколько таких же двигателей, например, семь? И вот что у нас получилось.
Королёв, в свою очередь, подошёл к проектору, вставил свои слайды. На экране появился контур «Днепра-1.7», только контур, без всяких деталей, лишь с указанием размеров и основных данных. Ракета выглядела очень просто и непритязательно, как сплошной цилиндр одинаковым диаметром 6 метров по всей длине, с конусом обтекателя наверху.
Фон Браун одобрительно крякнул:
– Просто и со вкусом... Как я понимаю – настолько дешёвая, насколько это вообще возможно для ракеты таких габаритов. Как вы там сказали тогда, господин Хрущёв? У вас ракеты делают как сосиски? М-да... вот именно такой и должна быть массовая дешёвая ракета для промышленного освоения космоса... Думаю, с водородной второй ступенью она и все 35 тонн на LEO вытащит. (LEO – Low Earth Orbit – «низкая околоземная орбита»). Какая у вас вторая ступень, мистер Королёв?
– Пока такая же, как и первая, – ответил Сергей Павлович. – Мы работаем над водородным двигателем, но пока продвинулись меньше, чем хотелось бы. Да, мы делали её максимально простой и дешёвой. Она закрывает большинство задач по выводу полезной нагрузки – вывод спутников на геостационар, отправку автоматических станций к Луне и другим планетам, вывод орбитальных станций на низкую орбиту. То есть, её можно и нужно выпускать серийно. Её конструкция полностью адаптирована к серийному выпуску.
Если же нужно вывести что-то потяжелее, мы присоединяем к первой ступени по бокам ещё от двух до шести таких же ступеней, и получаем...
– ...лунную ракету, которая в семиблочном варианте, пожалуй, перекрывает даже «Нову», – закончил фон Браун. – А если мы поставим вторую и третью водородные ступени с двигателями J-2 на вашу связку из первых ступеней, полезная нагрузка получится ещё больше.
– Но в семиблочном варианте на первой ступени у них будет 49 двигателей, – заметил Гилрут. – Таким оркестром будет нелегко дирижировать. Нужна очень непростая система управления. Доводка такой ракеты займёт годы...
– Вот поэтому мы и планируем доводить её постепенно, – ответил Королёв. – И тут схема со стыковкой на орбите как раз позволяет не ждать доводки сверхтяжёлой ракеты. Тем более, что у нас уже есть готовый, отработанный корабль, пригодный для полёта к Луне, и готовая орбитальная станция, ожидающая лишь носителя и отработки стыковки, которая может послужить основой для экспедиционного корабля. Всё, что нужно для высадки на Луну – разгонный блок и лунный посадочный модуль. Собираем всё это воедино несколькими пусками на земной орбите и отправляем хоть к Луне, хоть к Марсу, хоть к Венере, только меняем разгонные блоки в зависимости от задачи.
– А стоит ли тащить орбитальную станцию к Луне в первом же полёте? – спросил Фаже. – Может быть, имеет смысл сначала провести разведку, а потом отправить орбитальную станцию на орбиту Луны в беспилотном варианте? Это самый тяжёлый компонент, его придётся выводить отдельным пуском.
– Возможен и такой вариант, – согласился Сергей Павлович. – Но обитаемый форпост на орбите Луны нам всё равно понадобится, если мы собираемся всерьёз осваивать Луну, а не просто флаг воткнуть и пару камней на сувениры привезти. Ведь, насколько я понимаю, ваша высадка на Луну задумывалась как предприятие в большей степени политическое? – он хитро посмотрел на президента.
JFK задумчиво почесал нос:
– Да, господин Хрущёв, нелегко вам приходится. У вас все специалисты такие ехидные? – спросил он, выдержав небольшую паузу.
– Ещё и какие! – подхватил Никита Сергеевич. – Бывает, вынесем какую-нибудь идею на НТС, Научно-технический совет СССР, то есть, вроде бы и идея хорошая, а расчехвостят так, что выходишь оттуда, и думаешь: «Да пропади оно пропадом, чтоб я хоть раз ещё туда полез…».
Все засмеялись.
– А что будет представлять собой ваша орбитальная станция? – спросил доктор Драйден. – Возле Луны – это понятно, а какие задачи планируется решать на орбите Земли? Научные исследования?
– Да, прежде всего – мы должны понимать, с чем столкнёмся во время дальних полётов, и научиться предотвращать и компенсировать вред, который наносит человеческому организму долгое пребывание в космосе, – ответил академик Келдыш. – Для этого нам понадобится научная лаборатория и жилой дом на орбите, где космонавты смогут проводить длительное время в комфортных условиях. Никита Сергеич, об орбитальной станции разрешите поподробнее рассказать?
– Да, расскажите, как и планировали, – разрешил Хрущёв.
