Хикс снова устроился рядом с нами и разбавил обед беседой.
— Ну, как вам прогулка? — спросил он меня и Горнара.
— О! Замечательно, — залился соловьем мой начальник. — Солёный воздух, шикарная компания и вид подводного мира на экранах: давненько я так не развлекался.
— А тебе? — спросил меня Хикс.
— Я в восторге, — честно ответила я. — Моя работа достаточно скучна без командировок, так что этот опыт ещё долго будет давать запал на исследования. Кстати, ты не подскажешь, что за прибор вон там? — я кивнула на дальний угол, где стоял причудливый куб с ручками.
— Михор, будь любезен, покажи нам астанадор, — попросил Хикс своего соплеменника, и блондин с готовностью отставил свою тарелку.
— Только не прикасайтесь руками, — предупредил нас Хикс, когда светловолосый атлант поднёс странный предмет.
Больше похожий на огромную жемчужину кубической формы, он будто испускал едва заметное свечение. Сверху и снизу к нему были прикреплены чёрные ручки, на верхней же грани мерцал дисплей с незнакомыми символами. Я впервые столкнулась с письменностью атлантов и с жадностью впитывала вид замысловатых закорючек, которые показались мне интереснее самого куба.
— С ним не все могут справиться: нужна определенная волна... предрасположенность, — сбивчиво объяснял Михор, пока мы с Горнаром рассматривали шайтан-машину.
— То есть, вы специалист по работе с ним? Я не расслышала: как он называется? И что измеряет? — завалила я вопросами Михора.
— Он измеряет более сорока показателей окружающей среды, включая наличие примесей в гидросфере или скорости потоков воды. Даже заряды ионов считывает, — с улыбкой ответил мне Михор, однако, переведя взгляд на Хикса, быстро спохватился и стёр эту улыбку. — Я верну его на место, — и унёс в дальний угол это чудо техники, так и не позволив к нему прикоснуться.
Михор снова занял своё место и продолжил обед, как ни в чём ни бывало. Я заметила, что он бросает задумчивые взгляды на рыжую девушку, но та была занята разговором с брюнетом-атлантом.
Потом всё повторилось: снова погружение и снова аппараты на глубине. С одним лишь отличием — на смену первым трём землянам пришли другие, а вот атланты второй раз полезли в воду, будто и не устали.
На этот раз в объектив камер попалось гораздо больше рыб, а потом случилось невероятное... Мы увидели кита.
Поначалу я даже не поняла, почему окружающие заохали и обернулись в одну сторону: мне показалось, что горизонт чист и ничего не происходит. Но потом на водной глади вдруг появился фонтан, а на секунду позже показался и сам морской гигант.
Я всегда знала, что увидеть кита — редкая удача, и даже не надеялась на чудо.
Наши дайверы уже поднялись на борт и переодевались. Однако блондин Михор, успев стянуть только верхнюю часть костюма, вернулся на платформу и опустил одну руку в воду. Мне показалось это странным, но всеобщий возглас восхищения отвлёк меня от этой мысли.
Кит почти полностью вынырнул из воды и, будто красуясь перед нами, налету повернувшись боком, плюхнулся обратно в воду. Ещё минута затишья и нашего взбудораженного шёпота, а потом хозяин моря повторил свой пируэт. На секунду промелькнула мысль, что эта махина могла рухнуть и на наш маленький катер, но я отогнала опасения. Морской гигант приплыл покрасоваться, а не навредить.
Кит сделал почётный круг вокруг нашего судна и пропал из зоны видимости, спустя пару минут, капитан завёл двигатель, направив катер обратно на базу.
Меня же не покидало ощущение, что кит следует за нами, но, наверное, это просто паранойя.
Вернулись мы уставшие, но довольные. Вернув оборудование на место и сдав амуницию, я еле добралась до своего жилого блока и увидела на коммуникаторе сообщение от Хикса: "Может, прогуляемся по палубе?" Вежливо отказалась. Сил хватило только на душ и пятиминутный разговор с папой и Пашкой: настолько вымоталась сегодня, что даже не помнила, как заснула.
Глава 11
Хикс
Биологические часы дают о себе знать: раз в неделю мне не спится. На Оломе день длится на один час дольше, чем на Земле, к тому же здесь в одной минуте шестьдесят секунд, а у нас примерно восемьдесят. На Оломе нет понятия секунд, но путём нехитрых вычислений, мы выявили это расхождение. Час тоже на двадцать минут длиннее, а сутки состоят из двадцати семи часов, так что наши сутки в два раза дольше. Кажется, сколько бы лет я ни провёл на Земле, никогда не привыкну к этим различиям.
Я бесцельно бродил по верхней палубе огромного военного корабля и смотрел на звёзды: даже представить страшно, как далеко сейчас мой дом. Быть может, Земля когда-нибудь станет мне домом? А смогла бы Виктория бросить всё и улететь со мной на Олом? Даже рад, что ей не придётся делать этот выбор, наша группа в любом случае останется здесь.
В небе засияли знакомые огни, а уха коснулась серена оповещения: на корабль садилось воздушное судно. Лирион возвращался на своём шаттле с нашего корабля, зависшего на орбите, и, скорее всего, принёс вести из дома.
