Кровать была вся в крови, как и рука. Сначала Эфью переполнило возмущение – ее больную руку даже не подумали перевязать, но в следующий момент сообразила, что сидит на кровати, опираясь на нее! Она с удивлением осматривала свой локоть, не находя никаких повреждений, словно ночью приходил некий волшебник и заменил раздробленную кость на новую. Принцесса Инн пошевелила пальцами, не в силах поверить в происходящее.
Рядом с ее койкой стояла еще одна кровать, также испачканная в крови, но Тинара на ней не было. В порядке ли он? Эфья в панике начала осматриваться по сторонам в поисках своего спутника. Где он? Что произошло после перестрелки? Эфье пришлось напрячься, чтобы вспомнить тот момент, когда она потеряла сознание, а вспомнив, она схватилась за голову. Тейн, Тинар, постоянный дождь. Дождь?
Эфья подошла к окну, к ее удивлению, на небе не было ни облачка, а сырости, что преследовала их с Тинаром все их путешествие, не было и в помине. «Как такое возможно? Я не чувствую никаких изменений, но дождя на улице нет. И я даже не знаю, где он». Эфья села на койку и закрыла глаза. Нужно было подумать о том, что вообще произошло, и для начала нужно было прояснить, сколько времени она провела без сознания.
Наследница белого города быстрыми шагами отправилась исследовать больницу, но, к ее великому удивлению, все вокруг было пусто. Ни врачей, ни медсестер, ни больных. Все словно отправились праздновать окончание дождя и радостно вышли на улицы, оставив белые больничные палаты только для нее одной. Она обошла весь первый этаж, никого не нашла и уже собиралась продолжить свои поиски этажом выше, как услышала голоса за одним из окон.
И правда, во внутреннем дворе госпиталя, на прекрасной ухоженной зеленой траве стояли несколько человек. Одного она узнала сразу – это был Недар Мотер, правитель Тейна. Второй был похож на генерала, третий же напоминал ей того старика, что решил помогать Тинару. За ними стояло еще несколько незнакомых ей людей, хотя любое из их лиц напоминало ей кого-то. Тинара здесь не было.
Разговор, который услышала Эфья, сначала показался ей непонятным, словно люди говорили на незнакомом языке. Подойдя ближе, она начала различать отдельные слова, но смысл ускользал от нее. Они говорили об Иззене, причем на повышенных тонах, словно разговор имел большое значение. А потом они затараторили о других городах, то и дело в разговоре появлялись названия далеких городов, имена людей, управляющих ими, и Пыль. Первая связная мысль, которую она уловила, касалась знаменитого отряда «Всадников весенних земель».
– Когда они вышли?
– …назад, господин губернатор.
– И новостей…
– В том-то и дело, что есть. Поводыри… что они сгинули в Пыли… до одного.
– …сообщили в Харендал?
– Нет …теперь. Пылевые бури обрушились на него… яростью…
Эфья не выдержала обрывков информации и вышла навстречу губернатору Тейна. Ей двигало любопытство и страх того, что то же самое могло стать и с ее городом.
– Эфья, тебе нельзя вставать! Где врачи? Как ты вышла из палаты? Ты была серьезно ранена, рана может открыться…
– Даже шрама нет, – холодно ответила принцесса, – скажите, что с Иззеном, он в Пыли?
– К несчастью, нет, – грустно ответил Недар.
– Как прикажете понимать? – возмутилась принцесса Инн.
– Твоя мать и сестра мертвы. Гильдия Унн захватила власть в Иззене.
– Это… невозможно. Мне нужно…
– Боюсь, что там небезопасно для тебя. Пожалуйста, Эфья, вернись в палату. Здесь позаботятся о тебе, а позже мы решим, что делать.
– Я сама решу, что мне делать! – воскликнула Эфья, и резкая боль пронзила ее локоть, от чего ее возглас перешел в неистовый крик. Она упала на зеленую траву, в глазах у нее все смешалось. Небо стало красным, а трава пожухла, а затем все заслонил только синий цвет сумерек ее больничной палаты.
Она проснулась от невероятной боли, что пронзала ее руку насквозь. Она не сразу поняла, что над ней стоит человек и вынимает из ее локтя один за другим осколки костей. Кровь брызгала во все стороны, и от ее потери у Эфьи кружилась голова. Но боль была сильнее чего бы то ни было.
– Кто ты? – Эфья попыталась ударить человека, причинявшего ей эти ужасные муки, здоровой рукой, но ничего не вышло. Вместо привычного крепкого удара, которым она гордилась, вышел невнятный тычок. Парень хмыкнул, словно его позабавила эта попытка защититься, и вытащил еще один осколок.
– Не надо… – выдохнула Эфья.
– Надо, милая.
– Ей больно! – Тинар схватил какой-то металлический поднос со стола, до которого мог дотянуться и швырнул в обидчика своей невесты. Тинар попал точно в голову, но не причинил загадочной личности особого вреда – парень лишь почесал ушибленное место и продолжил работу.
– Странно, что ты заметил. Теперь, правда, и мне немного больно.
– Кто ты такой? – измученный болью Тинар чувствовал себя совсем плохо. Но вида корчащейся от боли Эфьи он терпеть не мог. Он должен был хотя бы отвлечь от нее опасность.
– Это неважно. Я пришел помочь. Вас нужно починить.
– Пусть ей не будет больно, прошу тебя.
– У меня всего два шприца с обезболивающим, один я ей вколол, второй для тебя.
