Пока дед выбирался из дома и пока на улице слышались душераздирающие крики, Руслан пытался привести Дашу в чувства. Девушка была абсолютно голая, но не это смущало мужчину – на её теле, руках, ногах и шее виднелись волнообразные кровоточащие срезы, грозя превратиться в ужасные шрамы.
Девушка смогла придти в сознание, услышав доносящийся с улицы страшный скрежет и нечеловеческие крики. Стахов, аккуратно, чуть не плача от жалости, взял Дашу на руки.
– Больно, – прошептала Даша.
Её губы были сухими, а под глазами виднелись чёрные круги. Тело было истощено. Мужчина попытался вытереть загипсованной рукой грязь с щеки девушки, но вместе с грязью отслоилась тонкая и узкая полоска кожи.
– Всё будет хорошо, – пообещал Руслан, хлюпая носом.
Он вынес Дашу под открытое, будто вечно хмурое небо.
Он пытался не отрывать взгляда от серых, безумно красивых глаз, в которые он до сих пор был влюблён. И, несмотря на свисающие клочки кожи на шее, он смог найти нетронутое монстром место, чтобы поцеловать девушку.
Ещё он старался не отвлекаться на то, что творилось вокруг.
Огромные кляксы крови на внешних стенах покосившейся избы. Гирлянды кишков, развешенные на ветвях вишни. Куски мяса, окрашивающие лужи в рубиновый оттенок. Успокаивающийся от ругани голос деда. И тьма, захватившая чуть ли не половину улицы…
Всё это осталось за спиной, позади. Впереди был склон наполовину заброшенного огорода, утопающий в сменяющий зелень на пестроту лес. И бескрайнее небо цвета пепла.
Несмотря на шум позади, оборачиваться не хотелось. И этого делать не пришлось. Будто одним мгновением разразился ливень, растворяя видением последний пейзаж этого мира. Впитывая в себя дождь, Руслан и Даша болезненно и медленно растворялись в воздухе…
Руслан очнулся распластавшимся на свежескошенной траве. На руке уже не было гипса, рёбра почти не болели. Вместо больничной пижамы и чужих резиновых сапог был практичный джинсовый костюм и ботинки с крепкой подошвой. Совсем рядом валялся мотоциклетный шлем. Сон?
Увы, нет. Даша сидела рядом на скошенной траве и натягивала на кофту ветровку. В глаза бросились зарубцевавшиеся шрамы на руках, шее и немного на щеке.
– Если что, то мы попали в аварию, – тихо сказала девушка, пряча руки в вытянутые рукава кофты.
– Понял, – сказал Руслан, помогая девушке подняться.
– Отвези меня в город, я не могу показаться родителям… такой.
– Тебе больно?
– Уже нет… или пока – нет.
Стахову очень хотелось поговорить с Дашей обо всём, но он понимал, что она сейчас не захочет отвечать на его вопросы. И он понял бы, если бы она вообще никогда не захотела бы об этом говорить.
– Спасибо, что пришёл за мной, – сказала Даша, когда они вышли из парка.
А вдалеке вновь послышался звук скашиваемой ручной косой травы. К счастью, на этот раз косильщик им не встретился на пути, и у молодых людей больше не было ни единого желания раскрыть его личность.
В дороге полил дождь, заставляя вздрагивать, вспоминая те ощущения растворения в чужом мире. Путники остановились в придорожном кафе, где Даша угостила Руслана сытным обедом, у того совсем не было денег. Ели они молча, с аппетитом. После чего ещё долго смотрели в окно на то, как изменилась природа родного мира за время их отсутствия: зелень листвы была смыта яркой позолотой.
Руслан спросил у девушки:
– Тебе есть куда пойти?
– Нет, – ответила Даша.
– Можешь пока пожить у нас, пространство позволяет…
– Спасибо…
Когда они добрались до квартиры Стаховых, то сумерки уже обволакивали город. Их встретила жена Руслана в недобром расположении духа.
– Ты за вещами приехал? – спросила она, преградив дорогу уставшим путникам.
– Нет, мы переночевать… – ответил Руслан.
– А что, ненапереначёвывались ещё за столько времени? – с издёвкой сказала Карина. – Я подала на развод, гуляй дальше. Ещё смелости хватает завалиться сюда! Вещи забирай и уматывай!
Стахов не смог что-то внятно объяснить жене, и наврать про аварию он тоже не смог. Скандал был яркий, но кратковременный. Ответив обзывательствами на обзывательства, Руслан спустился к входу в подъезд, где под козырьком стояла Даша – в пылу ссоры он не заметил, как она ушла.
– Извини за это, – сказал он. – У нас не лучшие отношения в последнее время…
– Я заказала такси, – сообщила Даша, пряча в карман заряженный в кафе телефон. – Сниму номер в отеле. А ты езжай к матери. Тебе тоже нужно налаживать жизнь.
– Я должен тебе что-то сказать, – подбирая слова, промямлил Руслан.
С козырька подъезда капали крупные капли воды. Дождь прекратился, но обещал вновь рассказать миру о том, как ему тоскливо.
– Сейчас не подходящее время, – сказала Даша.
И Руслан даже не сразу понял: она это сказала про вновь начинающийся дождь или про то, что он должен был ей поведать. Но Стахов решил, что сейчас именно то самое время.
– Гриша жив, – сказал он. – Он всё подстроил, чтобы смотаться из страны со своей любовницей…
– Что? – удивилась Даша. – Я не верю тебе, этого не может быть…
– Он просил меня забрать синюю папку из его кабинета…
