— Ты можешь идти? — заботливо спросил Элиссу Алистер, та кивнула.
Она хотела проверить ножны, но не смогла поднять руку.
— Мой меч?
— Я принесу! — вскочила Лелиана, и Элисса не успела ей возразить.
Они подобрали оружие, плащи и медленным шагом поплелись прочь тем же путём, которым пришли. На осторожность сил ни физических, ни душевных не осталось.
Брат Дженитиви ждал их на том же месте, где они его оставили, и слышать не слыхивал ни о ловушках, ни о драконах с духами, ни о культистах. Он что-то бормотал себе под нос, писал и зарисовывал со стен, и, казалось, ничто не могло его от этого события отвлечь.
— О! Вы вернулись! Долго же вас не было… и, судя по вашему виду, путь был не из лёгких. Ну как? Удалось найти Урну?
Элисса кивнула. После всех событий она почти забыла, зачем они сюда приходили. Брат Дженитиви хотел расспросить поподробней, но Кусланд взмолилась отложить это на потом. Она настояла, чтобы они покинули эту гору и Убежище сегодня же. Здесь для них всё ещё могло быть опасно.
Они спустились с горы под завывающий ледяной ветер. Винн подлечила их раны, заклинанием придала сил, но от холода спасти не могла. Изорванные плащи распахивались под натиском метели. Все хотели спать и есть, но упрямо брели, ведомые своей предводительницей.
Когда отряд, наконец, спустился, уже почти стемнело. Едва они вышли с гор в деревню, как услышали шум разговоров, который затих, едва спутники приблизились. Толпа крестьян с факелами стояла посреди деревни и мрачно на них смотрела. В центре их кольца лежало на носилках тело Эйрика.
— Мы уходим. Не препятствуйте нам! — громко объявила Элисса и хотела обнажить меч, но не смогла пошевелить рукой.
Её соратники считали её намерение и вынули своё оружие. Чейз агрессивно зарычал. Крестьяне попятились по сторонам, хотя по их лицам было трудно определить, пропускают ли они Стражей смиренно или готовы наброситься в любую секунду. Среди них были дети, молодые и совсем старики, но никто из крестьян не шевельнулся, пока спутники и брат Дженитиви осторожно проходили мимо, выставив вперёд оружие. И только когда отряд вышел за пределы деревни и снова спустился к дороге, все выдохнули спокойно и убрали мечи и кинжалы в ножны.
— И ты не хотела речи им произнести? Сказать, как ошибаются, что лидеры их плохому научили, и теперь есть шанс свободу от заблуждений обрести? — сыронизировала Морриган.
— Нет, — отрезала Элисса.
— Ты меня просто осчастливила, — криво улыбнулась колдунья.
Элисса в последний раз оглянулась на тропу в горы и побрела дальше. Не ей учить людей, что правильно, а что нет. Теперь, когда оба пастыря мертвы, люди сами решат, что делать, но прежней их жизнь уже не будет. Отпустив отряд Стражей, жители Убежища должны были понять, что их уединению пришёл конец. Какой станет их община? Какой путь они изберут: изменятся ли, покинут гору или будут защищать свои устои от внешнего мира до смерти? Элисса не знала. Знала только, что бесполезно считать себя за всё в ответе. Ей нужно двигаться дальше.
========== Глава 54. Ночь на двоих ==========
Спутники вышли к пещере, где они ночевали накануне, и обрадовались, но Элисса настояла, чтобы они полностью спустились с горы. Она опасалась, что пещера слишком близко к Убежищу, и не бралась судить, на что могут решиться его жители.
Когда отряд пришёл к подножию горы, была уже глубокая ночь, и все валились от усталости. Заклинания бодрости Винн давно перестали действовать, а на новые сил не было у неё. Спутники разбили лагерь прямо у тропы, поклявшись, что сегодня больше не сделают ни шага. Палатки они оставили на лошади в ближайшей деревне и взяли с собой только одеяла, но всем уже было безразлично. Товарищи поели, расположились у костра и заснули в ту же минуту. Стоять на часах вызвался брат Дженитиви, всё это время отдыхавший на спине у Стэна.
Однако утро не принесло расслабления и лёгкости. Несмотря на крепкий сон, никто не выспался. Зевран и Лелиана поняли, что неплохо простудились, вероятно, во время битвы с духами праха, и Винн взялась отпаивать их травяными отварами, хотя и сама чувствовала нездоровый озноб. Она успокоила Элиссу, что это тоже следствие простуды, и нет причин подозревать что-то серьёзное. Кусланд внимательно посмотрела на чародейку, памятуя о её плохом самочувствии в одной из недавних битв, но на этот раз уступила и не стала наседать со своей заботой. Напротив, сама Элисса нуждалась в ней не меньше.
Она не без помощи Винн и Лелианы еле-еле сняла с себя доспехи. Раскалённый, а потом резко охлаждённый металл надёжно прилип к обожжённой плоти по всей правой руке, плечу, боку. На шее алел ожог послабее, вероятно, вследствие горячего пара. Одежда прогорела вокруг ожогов. Лелиана снимала с Элиссы броню и кольчугу под её вскрики и шипение, а Винн в это время исцеляла.
— Пламя высшего дракона — это не шутки, — напутствовала чародейка. — Хорошо, что оно попало на броню и задело тебя лишь вскользь. Все твои ожоги из-за нагрева доспехов, а не самого огня, а это заживёт с моей помощью.
— Спасибо, Винн. Ты всегда нас выручаешь.
