—…это твоя жизнь, Зевран. Только тебе решать… но я не хочу, чтобы ты к ним возвращался. Только не к ним.
Последние слова были сказаны почти шёпотом, но эльфийское ухо, безусловно, их уловило. Зевран обернулся к Элиссе и коротко сказал:
— Прости.
Он что-то бросил под ноги, и пространство быстро наполнилось едким дымом. Элисса закашлялась, глаза начали слезиться. Чейз заскулил и стал усиленно закрывать лапой нос, в который ударил резкий дезориентирующий запах. Ослабить своих врагов перед боем — так всегда поступали Вороны… и так всегда поступал Зевран. Элисса почувствовала рядом движение и быстро обнажила меч, на рефлексах отбила пару неточных ударов, но тут же почувствовала острую боль над левым бедром, словно что-то прокололо кольчугу.
Мысли путались. Дым жёг глаза, мешал сосредоточиться. Элисса металась из стороны в сторону в поисках свежего воздуха. Она задыхалась и не могла думать ни о чём. Где враг? Где друг? И есть ли у неё друг? Ни одну из этих мыслей она не могла ухватить.
Потом её крепко схватили за локоть, Элисса попыталась вырваться, но почувствовала лёгкий удар рукоятью по виску, и её тут же отшвырнули в сторону на землю. Послышался глухой удар и жалобное скуление. Элисса попыталась позвать волкодава, но едкий дым попал ей в горло, и голос сорвался. Она не видела, где находится, где находится враг и что происходит. Ей показалось, что она слышит звон ударяющейся стали, какие-то стоны, чей-то голос и свист, но голова так кружилась, что падая к темноту, Элисса уже не слышала ничего.
Она очнулась какое-то время спустя оттого, что кто-то хлопал её по щекам, и приподняла веки. Лёгкий ядовитый запах дыма ещё витал в лесном воздухе и застрял тошнотой в горле, заставил согнуться пополам и откашляться. Из-под век сорвались остатки слёз, но сквозь режущую боль Элисса разглядела смотрящие на неё янтарно-золотистые глаза.
— Зевран?
Его глаза были немного покрасневшими, но в целом в порядке из-за того, что Зевран почти весь бой держал их закрытыми. Нижняя часть лица была скрыта тёмной тканью, которую он тут же снял и помахал в воздухе, разгоняя остатки смрада. Зевран заметил кровь на боку Элиссы, свернул ткань и аккуратно приложил к маленькой ранке.
Элисса усиленно тёрла слезящиеся глаза и моргала, Чейз всё ещё закрывал лапой нос и чихал. Элисса оглянулась на тропу, на которой ныне лежали в пыли и собственной крови пять тел. Почти все они были убиты одним точным ударом в шею… кроме Тальесена. Годами тренированные в жесточайших условиях рефлексы помогали ему отражать и наносить удары даже без зрения. Запах дыма дезориентировал, и Тальесен, мгновенно задержал дыхание, как Зевран, и смог на какое-то время сохранить ясность рассудка. Вот только острый эльфийский слух и почти невесомый шаг сыграли свою роль, и в миг, когда лёгкие от удара потребовали вдоха, а человеческое ухо не смогло уловить приближение врага, всё и решилось. Не одним ударом. Пятью. Вороны хорошо знают, куда бить, и защищают эти места у себя.
Зевран мельком глянул на неглубокую рану Элиссы и подумал, что в неё тоже, несомненно, целились, хотя и попали в дыму по чистой удаче. Но даже такой отвлекающий манёвр сослужил ему хорошую службу в бою.
Волкодав недовольно зарычал на эльфа.
— Знаю, знаю. Я тебя пнул, но ты меня чуть не цапнул. То ли ты перепутал в суматохе, то ли всё не так понял, — закатил глаза Зевран и попытался погладить пса, но тот лишь обидчиво гавкнул. Зевран отдёрнул руку и пожал плечами.
Элисса заметила возле его ноги пустой и наполовину разбитый глиняный сосуд.
— О, это? Я тоже кое-что выменял у долийцев. Они используют эту штуку против диких зверей… и против людей, наверное, тоже, — Зевран бросил бесполезный сосуд к остальным черепкам. — Эх, использовал всё, что есть. С таким трудом убедил долийцев поделиться этим с чужаком и так быстро потратил. А рецепта они мне не оставили. Какая жалость.
— Тебе больно? — первое, что спросила Элисса, и Зевран на миг растерялся, а потом осмотрел себя и легкомысленно махнул рукой.
— Кровь не моя… большая её часть. Я заметил слежку, когда мы искали место для лагеря, тихо улизнул от вас и проследил за ними, а потом они привели меня к тебе. Тут уж ясно стало, что случится. Хех, видела лицо Тальесена? Он нанял чуть больше людей, чем в итоге к нему вышло.
Зевран вдруг замолк, потому что Элисса так странно на него смотрела.
— Тебе грустно? — спросила она и бросила взгляд на тела.
— Тальесен мёртв, — со вздохом констатировал Зевран. — И теперь, пожалуй, это конец. Раз он предлагал вернуться в Антиву и не врал, то, вероятно, уже обо всём договорился. А раз Стражи, на которых заключён контракт ещё живы, значит, все взявшие его Вороны мертвы, и пока я как-то себя не выдам, Вороны больше не будут меня искать, — Зевран с наслаждением глубоко вдохнул уже чистый воздух. — Я получил свободу, которой никогда не знал. Странное чувство.
Он свободен, он может идти, куда пожелает, делать, что пожелает. Если таиться, то Зеврана ещё долго не найдут, но быть со Стражами значит быть на виду…
— Прости меня.
