— О-о, это ты сейчас так говоришь. Погоди, ещё увидишь меня в деле, может, и передумаешь. Впрочем, до этого ещё далеко… — Алистер почесал затылок и вдохнул запах овощного супа — такой ещё по-простому деревенской еды. — А почему ты думаешь, что у меня получится? Ты ведь сказала это не для того, чтобы просто подбодрить меня? — прищурился Страж, но у Элиссы был прямой и честный ответ:
— Потому что ты умеешь принимать решения, если захочешь, и всегда остаёшься верным себе… даже когда границы правильного и неправильного размываются, ты знаешь, что выбрать. Именно это сейчас и нужно Ферелдену.
— Хм, а ты точно обо мне говоришь?
Сейчас Алистер снова сомневался. Он оглянулся на Элиссу. Она прямо сидела в седле и смотрела вперёд. Кажется, о чём-то напряжённо думала. Опять. Когда она заметила его взгляд, то вопросительно посмотрела, но Алистер лишь покачал головой и случайно бросил взгляд её меч. Стало тепло, плащи были сняты, и герб Кусландов открыто сиял серебром на рукояти.
То, что они сейчас делали, наконец выйдя из тени… Они несли открыто не только звание Серых Стражей. Сейчас бастард объявил, что он Тейрин, а Элисса спустя месяцы обвинений и наговоров могла снова назваться Кусланд. Алистер был уверен, что она думала об этом, и это было для неё важно.
Процессия прошла под поднятой герсой и въехала во внешний двор. Конюх и его помощники тут же занялись лошадьми, едва всадники спешились. Управляющий отчитался о чём-то перед эрлом. Эамон предупредил всех в поместье о своём приезде всего за день, послав вперед одного из солдат, и старшая служанка сокрушалась и бегала по всему замку, проверяя всё ли готово к внезапному приезду эрла и его гостей.
В отличие от поместий большинства дворян, находившихся в Дворцовом квартале, замок эрла Редклифа примыкал к Торговому кварталу. Надёжно укреплённый, словно для отражения осады, замок напоминал уменьшенную и упрощённую копию могучей твердыни в Редклифе. На самом высоком шпиле под невесомым ветром уже колыхалось знамя с символом башни на красном холме. Это означало, что сюзерен приехал в свой замок.
Алистер поднял голову к вершине одной из двух башенок-близнецов. Солнце всегда садилось точно между ними и сейчас клонилось к раннему вечеру. Как же давно он тут не был. Кажется, с тех пор прошла целая жизнь.
Больше конюх не ловил Алистера за ухо и не отчитывал за безделье. Кухарки не гоняли веником с кухни, когда Алистер из-под стола тянул руки к пирожным или к кусочку ароматного мяса. Мабари не приветствовали его лаем на псарне, думая, что Алистер принёс им то самое мясо, и не грели, когда он ложился спать на сенной подстилке неподалёку.
Сегодня Алистер услышал обращение «милорд» и чуть не свалился с лошади, когда понял, что это к нему. Он тут же попросил обращаться к нему как к Серому Стражу и в итоге получил «милорд Страж». Эамон времени не терял и уже объявил всем то, что скрывал последние двадцать лет: всё это время в Редклифе рос бастард короля Мэрика, которого тот попросил надёжно от всех укрыть. Мэрик тогда уже имел законного наследника, а Алистер был всего лишь мальчиком, которому не повезло родиться не в той семье. Он намеревался так считать до конца своей жизни. Вот только никто и предположить не мог, что молодой король погибнет, не оставив детей.
— Ты общался с Кайланом? — как-то спросила Алистера Винн.
Когда вся эта история с королевской кровью вскрылась, некоторые из товарищей стали проявлять к жизни Алистера повышенный интерес.
— Хочешь спросить, были у меня какие-либо отношения с моим братом?
— Мне просто интересно, что он думал о тебе? И знал ли?
— Вряд ли его вообще волновало моё существование. Нет, мы ни разу не разговаривали… ну, может, один раз. Король Мэрик как-то приехал с Кайланом в Редклиф. Нас представили друг другу. Кажется, я сказал: «Приветствую, Ваше Высочество». А он воскликнул: «О-о! Мечи!», — и удрал в оружейную. Вот так примерно и складывались наши отношения. А потом он погиб, ну ты знаешь. Печальная история.
— Так получается, твой предок — сам Каленхад Серебряный Рыцарь, объединитель Ферелдена! — мечтательно произнесла Лелиана.
— Получается так.
— Ты говоришь об этом так, словно для тебя это ничего не значит.
— Лелиана, оно и не значит. Бастардов в семейные древа не вписывают.
— Законный или нет, ты сын Мэрика. В тебе течёт та же кровь первого короля Ферелдена.
— Я сын служанки, помешанной на знатных особах, и распутного мужчины, который случайно оказался королём. Лелиана, какой из меня правитель? Я порой путаю правый сапог с левым.
— На протяжении истории случалось, что королями становились круглые дураки. А ты, как ни погляди, всё-таки не дурак.
— Какое облегчение…
— А насчёт сапогов не беспокойся. Королю не приходится одеваться самому. На то есть советники, — улыбнулась Лелиана.
— Ага, и, видимо, служанки, помешанные на знатных особах.
