Замок эрла вот-вот должен был показаться в поле зрения. Эта древняя крепость, окружённая скалами красноватого оттенка, стояла на острове посреди огромного озера Каленхад и по сей день являлась надёжным оплотом на пути из Орлея в Ферелден. Говорят, она неприступна, хотя за всю историю её брали штурмом трижды. Деревня на берегу озера выросла позже и осенью всегда пахла копчёной рыбой, на что не переставали жаловаться приходящие торговцы и путники.
Алистер молча смотрел в спину впереди идущей Элиссы. Она вглядывалась в горизонт, надеясь вот-вот увидеть очертания замка и деревни. Алистер знал, что уже скоро. Он собрался с духом и…
— Что там…! — Кусланд кинулась вперёд, едва увидела первые домики.
Деревня казалась пустой и заброшенной, за ней располагался мост к замку, но он был перекрыт, а часть домов сожжена и разрушена. Крошечные хозяйства покинуты. От иных домов остались почерневшие дверные проёмы, другие были целы, но пустовали, и ни души вокруг. Только ветер уныло завывал.
— Что здесь произошло? Пожар?
— Не знаю, но мне это не нравится, — пробормотал Алистер, закинув подальше свою недавнюю попытку поговорить.
— Здесь побывало нечто не от мира сего. Я чувствую, — отозвалась Морриган.
— Порождения тьмы?
— Возможно, нет.
— Какой ужас. Столько мёртвых, — Лелиана оглядывалась по сторонам, сжав на груди церковный амулет. Кажется, она мысленно читала похоронную молитву.
Чейз жалобно заскулил, давая понять, что ему здесь неуютно.
— Тогда идём отсюда, — сказал Стэн. — Похоже, здесь нет того, кого мы ищем.
По спине Алистера пробежал холодок. Он надеялся увидеть дом и гадал, что изменилось здесь за прошедшие десять лет, но такого не ожидал совсем. Загоны под домашний скот пустовали, маленькие огороды затоптаны, трава выжжена, двери уцелевших домов отворены. В стороне на шестах висели ослабшие бельевые верёвки, под ними валялась перевёрнутая корзина и мёртвая кошка.
— Чейз, фу! — предостерегла Элисса, когда мабари хотел обнюхать животное.
Она ходила меж домов и стен и оглядывалась по сторонам, под её ногой вдруг что-то хрустнуло — из-под валявшихся досок выступала ссохшаяся человеческая конечность. Кусланд отскочила и шумно выдохнула.
— Можешь не извиняться перед ним. Судя по виду руки, её обладатель мёртв уже давно и не рассердится, — попытался пошутить Алистер, чтобы подавить зарождавшийся к глубине сердца собственный ужас.
Оторванные конечности валялись тут и там, а на небольшой пустоши ещё дымилась непонятная куча останков, испуская смрад. Мабари усиленно принюхивался, но в итоге только чихнул и закрыл нос лапой.
Элисса наобум выбрала дом и зашла через пустовавшую дверную раму. На полу под несколькими деревянными обломками лежала женщина, в её растрёпанных каштановых волосах запеклась тёмная кровь, платье было разорвано, а к груди она прижимала большой свёрток. Элисса быстро опустилась на колени и смахнула почерневшие доски. Запеленованный в ткань там лежал затихший младенец, его головка была испачкана в крови и грязи, а глазки прикрыты. Дрожащими руками Элисса взяла его и изо всех сил прислушалась.
Не дышит. Уже нет.
Она вспомнила, как так же держала на руках племянника, и сердце оттого сжалось ещё сильней.
— В других домах тоже есть тела. Даже представить не могу, что здесь случилось, — сказал Алистер, заглядывая к ней. — Не иначе что-то решило посоревноваться с Мором — кто быстрее всё уничтожит.
Элисса не ответила. Он увидел, как она прижала к груди ребёнка и спрятала лицо в волосах, и не стал подходить. Он почему-то подумал, как прекрасна она с младенцем на руках. Но ребёнок был мёртв, а Элисса, скорее всего, никогда не станет матерью. Алистер ведь ещё не сказал ей об этом… о многом не сказал.
— Ты… — почти проскрежетала она сквозь зубы и положила драгоценную ношу на грудь мёртвой женщины, — почему ты всегда прячешься за смехом? По-твоему, то, что происходит — это смешно?
Алистер хотел ответить, возразить. Он тоже встревожен. Боялся! А что если и с Эамоном что-то случилось?
— Эй! Кто здесь? — донеслось снаружи.
В дверном проёме замаячил селянин, вооружённый кинжалом и луком, в руках он держал едва горевший факел.
— Так это ты здесь поджигаешь всё?! — вскинулась Элисса.
— Да, я, — невозмутимо ответил селянин. — Эту часть деревни уже не спасти. Вчера мы потеряли её окончательно, — вдруг на его лице расцвела улыбка. — Вы пришли к нам на помощь?
— На помощь?
Улыбка тотчас погасла.
— Так вы… не знаете? У вас там вообще ничего не слышали?
— Не слышали о чём? Сейчас главная новость — Остагар.
— Мы знаем про короля и всё остальное, но у нас тут свои ужасы. Эрл давно слёг с болезнью, а теперь вот на деревню нападают жуткие твари.
— Порождения тьмы?
— Я… не знаю, как выглядят порождения тьмы, но думаю, это не они. Это скорее… — селянин вскинул руки, — мертвецы!
Элисса бы решила, что парень пьян, но на ногах он стоял твёрдо, а в глазах не было и намёка на помутнение. Да и с каких пор селяне средь бела дня бегают с оружием и поджигают дома?
— Что тут вообще происходит? Зачем ты поджигаешь дома?
