– Ваше благородие, нашли мы ту речку, про которую болгары рассказывали, – осаживая коня около командира, доложился Еланкин. – Не широкая, но глубина есть. И на той стороне дорожка прямо вдоль речки тянется. Телега не пройдёт, а вот верхом легко можно.
– Ну и отлично, – порадовался прапорщик. – Вот по ней мы и двинем в сторону Варны. Дальше, по рассказам, два озера будут с протокой, а уже потом море. Свежий конский след есть?
– Никак нет, ваше благородие. Видать, давно этим путём не ходили, травой всё сильно поросло. А Марк голое место нашёл, ощупал всё там, говорит, неделю уж точно конь не ступал. Там он с Назаром нас ждёт.
– Ясно. Всё правильно, зачем людям по кустам шарахаться, когда до Варны, северней, хорошо набитый тракт есть. А вот нам такая дорожка – самое то. Взвод, за мной! – крикнул он и тронул поводья.
Через версты три действительно показался берег сильно заросшей камышом речки.
– Вот тут лучше переправляться, – показал место Еланкин. – Здесь только в серёдке саженей пять большая глубина, а так коню вода по брюхо везде. И сход удобный, кустов мало.
– А брода или моста вообще, что ли, поблизости нет? – недовольно спросил Чанов. – Вы, Колька, небось, поленились поискать, а нам в воду теперь лезть.
– Да вода-то – это ладно, на такой жаре враз обсохнем, а вот на трёх лошадях вьюки приличные, – вставил своё Клушин. – Не знаю, как с ними вплавь можно.
– Ваше благородие, челнок! – донёсся крик из кустов.
– Балабанов челнок нашёл! – загомонили драгуны.
Действительно, в кустах неподалёку от воды лежала старенькая лодка-долблёнка.
– Да ему сто лет в обед, – осматривая посудину, заявил пренебрежительно Чанов. – Он же прямо у берега утонет. Небось, ещё при царе Горохе в последний раз плавал.
– А вот и нет, – ощупывая борта, заявил Клушин. – В этом году его точно на воду спускали. Видать, не бесхозный.
– Да ладно, Степанович, ты-то откуда знаешь? – усмехнувшись, спросил унтер. – Вроде совсем не по этому делу.
– Знаю, – буркнул дядька. – У батюшки точно такой был, на середину Волги на нём заплывали. А ну-ка, взяли, робята! Переворачивайте его! – скомандовал он, ухватившись за нос. – Гришка, берись около меня!
Тщательно осмотрев и обстукав днище, Клушин уверенно заявил, что лодка вполне годная, и уже через несколько минут она стояла в воде у берега, а на неё начали сносить вьюки с лошадей. Переправа много времени не заняла, скинув мундиры и сапоги, драгуны торочили их на коней к сёдлам. Сюда же крепили и оружие с лядунками и уже потом переплывали глубокую часть реки, держась за коней. Клушин, поискав в тех кустах, где лежал челнок, нашёл два весла и в несколько ходок перевёз все вьюки на противоположный берег.
– Гришка, Андрейка, пошли со мной, – позвал он самых крепких из молодёжи. – Челнок на место вернём.
– Да пусть здесь лежит, – заявил Еланкин. – Может, обратно здесь же пойдём, вон в те кусты лучше снесите.
– Где взял, там и положи! – упрямо мотнув головой, произнёс Клушин. – А то хозяин обидится, так потом перепрячет, что ни в жизнь не найдёшь.
Освежившиеся в воде драгуны, натягивая мундиры, весело перекрикивались.
– Марк, можете отъезжать! – Гончаров махнул старшему караулившей пятёрки. – Всё, мы уже тоже в готовности. Через минут десять следом за вами пойдём. Только далеко от нас не отрывайтесь, чтобы, если что, отскочить и сигнал подать.
– Понял, вашбродь, – откликнулся Смирнов. – За мной, братцы! – И дозор поскакал по заросшей дороге вдоль речки. Вскоре вслед за ним двинулся и весь взвод. Версты через три река впала в Белославское озеро. На берегу одной из поросших густым лесом заводей и решили сделать ночёвку. Приходилось сторожиться, поэтому костры для готовки пищи развели в овраге и уже оттуда выносили котлы к лагерю.
– Варну ещё на той неделе наши оставили, – рассказывал командирам отделений, сидя на расстеленном пологе, Тимофей. – Все укрепления, что там были, гарнизон порушил и к главным силам оттянулся. Так что не удивлюсь, если её опять турки заняли, а значит, и вся окружающая земля под ними, потому я и выбрал этот окольный путь. Турецкие разъезды казакам близко подъехать не дают с севера к Варне, а с боем прорываться к ней для разведки смысла нет. Всё равно ведь её уже бросили, в открытую наскакивать – только потери нести. А вот здесь южней мы можем близко подойти, тут, вдоль берега моря, дорога от Бургаса в глубину османских земель тянется, и отсюда они нас точно не ждут.
– Хитро, – покачав головой, произнёс Лихачёв. – Всё бы хорошо, только и риск, Тимофей Иванович, большой есть. Ежели как обычно с севера к Варне подходить, то в случае чего и отскочить ведь к своим можно, а здесь, если басурмане за спину нам зайдут и возвратную дорожку перережут, тогда всё – пиши пропало.
– Есть риск, – согласился с унтер-офицером Гончаров. – Зато и толк может быть от такого дозора не в пример пустому наскоку. Будем сторожиться. Полковой штаб очень просил сведения по неприятелю в Варне, а с него, похоже, и повыше их запрашивали.
