– Ладно, – сказал Блай, укладывая ледяную глыбу на площадку, – я это сделаю, но это исключительно твоя идея… Вот, черт! Он горит. Блонди! Быстрее, снимай это!
…Ледяная глыба горела бледным пламенем, а на краях пляшущих язычков мерцали оранжевые сполохи. По бокам глыбе скатывались капельки талой воды.
– Это замороженный гидрат природного газа, – спокойно сообщила Крузо, – одна из наиболее типичных форм залегания углеводородного сырья в заполярье. Его залежи существуют на крайнем севере Канады, Гренландии и Сайберии, но больше всего в Антарктике, где самый протяженный и самый мощный замерзший шельф.
– Так-так… – Блай снова почесал кулаком подбородок, – антарктический газ есть. Но единственная субмарина – танкер теперь у кладоискателей, и получается, что…
– Поправка, – перебила она. – У кладоискателей один образец. Эти ребята честно его добыли, мы на них не в обиде. Сейчас мы строим несколько субмарин этого типа, но сильно продвинутых. Они сойдут со стапелей до Рождества. А сейчас наш подводный танкерный флот состоит из более легких субмарин, построенных по скандинавской технологии филиалом новозеландской фирмы «DiproX» в Меганезии. Эти субмарины находятся на вооружении в Цин-Чао и Тимор-Лесте, а мы используем их гражданский вариант. Я могу организовать тебе экскурсию на один из этих кораблей.
– ещё бы! А можно будет прокатиться на этой штуке под водой?
Десембер Крузо утвердительно кивнула, тряхнув своими «перьями киви».
– Конечно! В программе экскурсии – полноценная морская прогулка.
– Так-так… Значит, бизнес АГК идет успешно. Это признают многие, однако, они спрашивают: а за счет чего? Не за счет ли рабского труда северокорейских рабочих, получающих вместо зарплаты горстку риса и живущих в бараках? Некоторые даже требуют, чтобы за эксплуатацию узников концлагерей АГК был привлечен к ответу международным трибуналом ООН по преступлениям против человечности.
– Некоторые? – Насмешливо переспросила Крузо. – А как ты думаешь, кто платит некоторым за то, чтобы они этого требовали?
– Кто бы им не платил, Деззи, эксплуатация узников это свинство, ты согласна?
– Конечно, я согласна! Мы бизнесмены, но мы современные люди, с современными представлениями об этике. Как только мы узнали, что на верфи Ткодо в КНДР есть признаки нарушения прав рабочих… Я повторяю: не узников, а рабочих, к которым применялся моральный прессинг… Мы тут же потребовали перемещения верфи на территорию Цин Чао, на остров Минамитори, где сейчас эта верфь работает.
– И, – заметил Блай, – верфь переместили на Минамитори вместе с двумя тысячами северокорейских рабочих. Этих людей отправили в комплекте с производственным оборудованием. Тебе не кажется, что это пахнет рабовладением?
– Жаль, – сказала она, – что до острова Минамитори далеко, и я не могу прямо сейчас устроить тебе экскурсию туда. Но я скажу вот что: если бог есть, то пусть он пошлет обвинителям таких же бесправных рабочих, как на нашей верфи! Ты знаком с таким явлением, как скандинавские профсоюзы? Так вот, на верфи Минамитори профсоюз шведского типа. После каждого профсоюзного собрания в нашу дирекцию приходят требования. 35-частовая рабочая неделя, по выходным туры отдыха на Маршалловы и Марианские острова, оплата медицины при ранних родах для девушек, которые…
Десмбер выполнила волнообразное движение ладонью около своего живота.
– Для девушек, которые беременны? – Уточнил Блай.
– Ну, разумеется. С чего бы иначе им нужна была такая помощь? Я уже не говорю про жилищные условия. Первое, что нам пришлось сделать, это построить на Минамитори городок современного типа. К счастью, профсоюз согласился на маленькие квартиры. Правда, при условии, что мы построили для них современный спортивный стадион.
– О, чёрт! – Сказал Блай, – как вы ещё не вылетели в трубу с такими расходами?
– Элементарно! – Она улыбнулась. – Эти ребята очень здорово работают. Социальное партнерство шведского образца, это не только требования, но и отдача.
– А они могут сменить место работы, если захотят? – Спросил он.
– Разумеется, могут. И, наверняка, когда-нибудь у нас начнется ротация персонала. Понимаешь, это жизнь. Какие бы хорошие условия мы не предлагали, кто-то захочет сменить работу или место, а кто-то, наоборот, захочет поработать на этой верфи.
Блай покивал головой, а потом резко хлопнул в ладоши.
– Так! Всё это здорово. Но ходят слухи, что ваши верфи в Манчжурии и Меганезии получают значительную часть доходов за счет военно-технического сотрудничества с правительствами стран-изгоев. Имеется в виду не только Северная Корея, но и Тимор-Лесте, Камбоджийский Кхеолонг, Транс-экваториальная Лига в Африке…
