Постепенно вокруг крепостей стали вырастать слободы, населенные ремесленниками, торговцами и крестьянами. Они тянулись к защите стен, надеясь обрести здесь спокойствие и достаток. Князь Юрий всячески поощрял переселение, даруя льготы и привилегии тем, кто готов был осваивать новые земли. Он понимал, что сила княжества – в его людях, в их трудолюбии и преданности.
Однако, покой в этих землях был относительным. Степные кочевники, хоть и нанимались на службу, порой не могли удержаться от соблазна грабежа. Конечно виновных находили и жестко наказывали, порой вырезая под корень целые рода, что способствовало тому, что количество таких инцидентов значительно сокращалось
Князь Юрий понимал это и старался поддерживать боеготовность своих воинов, проводя учения и смотры. Вот и в этот раз Юрий прибыл на Дон с инспекционной поездкой.
Прибыв в Азов Золтан князя не застал и им пришлось нестись вверх по течению Дона к Цимлянску. Но уже не всей сотней – лишь десяток воинов допустили местные, и то лишь благодаря тому, что Арсена знали в лицо, да и железная пайцза – верительная бирка с княжеской печатью и вычеканной надписью на русском, введенная Юрием, – служила верным пропуском. В Цимлянске ожидаемо Юрия тоже не оказалось от со воеводой уехал смотреть обустройство волока. Золтан тоже не отказал себе в удовольствии ознакомиться с этим, доселе не известным ему делом. Оглянувшись округ княжич заметил, что от реки вглубь леса уходили две набитые до блеска тропы, скорее даже – две широкие, в три-четыре метра, дороги, бегущие параллельно друг другу. Пока Золотан изучал их, из-за деревьев, словно диковинный зверь, выполз струг. Его тянула упряжка из двух лошадей, запряженных «гусем», одна за другой, – узкая дорога не позволяла иного. Странное судно покоилось на низеньких двухколесных телегах, чьи колеса без спиц, как жернова, вращались вместе с осью. Целых пять таких телег поддерживали массивный корпус корабля.
Когда струг доставили к самой воде, лошадей быстро отпрягли, и под нос судна подкатили особые "подкаты" – короткие, обтесанные бревна, размером с тележку, чтобы струг, даже не на колесах, мог свободно катиться. С десяток дюжих мужиков ухватились за канаты, привязанные к корпусу, и медленно, с кряхтением, потащили его по бревнам. Еще две пары подкладывали подкаты, как только судно перекатывалось на очередную пару, пока днище струга не коснулось речной глади.
Вскоре появилась вереница подвод, груженых всяким добром, и началась неспешная погрузка товаров на струг. Это зрелище не слишком занимало Золтана, и он продолжил поиски князя. Размах работ по обустройству волока поражал воображение. В низинах и топях была уложена крепкая гать, видны следы отсыпки и искусно сложенных подпорных стенок. Там, где путь пересекал ручей, красовался добротный мост, шириной под стать дороге.
Князь обнаружился в самом конце пути, у ворот, где вместе с воями и местными волотчанами уплетал линду́ – наваристую уху из голов сёмги, сдобренную ржаной мукой. Пришлых, по старому русскому обычаю, сначала усадили за стол, накормили до отвала, а уж потом принялись расспрашивать, кто они и с каким делом пожаловали. Линду́ оказалась и вправду на редкость вкусной, а после долгой дороги – еще и весьма кстати. Пока воины уплетали уху, князь неспешно расспрашивал Золтана о дороге, о погоде, о том, как продвигается торговля в их землях. Чувствовалось, что торопиться ему некуда, и что истинную цель визита он оставит на потом. Золтан отвечал уклончиво, стараясь не раскрывать всех карт. Он понимал, что от первого впечатления зависит многое, и старался произвести благоприятное.
После еду князь отозвал Злотана и Арсена в сторону, где княжич вручил ему верительные грамоты. Князь внимательно изучил пергамент, его взгляд скользнул по печатям и витиеватым подписям. Лицо его оставалось невозмутимым, но Золтан уловил едва заметную тень сомнения, промелькнувшую в его глазах. Он затаил дыхание, ожидая вердикта.
"Что ж, Золтан, вижу, прибыли вы с важным делом," - наконец произнес князь, возвращая грамоты. - "Но дела государственные не терпят спешки. Сегодня вы гости мои, а завтра поговорим о делах. Отдохните с дороги, осмотритесь. Волоть – земля хоть и дикая, но богатая и гостеприимная."
Он махнул рукой, и к ним подошел один из волотчан, крепкий детина с добродушным лицом. "Проводи гостей в лучшие хоромы, накорми, напои, покажи им город. Пусть чувствуют себя как дома."
