Это был восхитительный вечер; лунный свет падал на снег, белую церковь на площади и на кремлевскую стену. Было так холодно, что снег хрустел под ногами.
Мы остановились в большом центральном рабочем клубе, бывшем клубе аристократии. Это тоже был гудящий маленький мир рабочих и работниц – с чайной комнатой, аудиторией, библиотекой и всеми другими дополнениями, которые должны быть у рабочего клуба. Потом мы пошли в кинотеатр, где мне показали картину «Поэт и царь»[276], которую, похоже возили за мной из Москвы в Ленинград, из Ленинграда в Москву, и вот теперь я обнаружил ее в Нижнем. Это была интересная картина, предоставлявшая много исторических данных о Пушкине и его времени, но в самой постановке не было ничего нового. Несомненно, что фильм вольно обращается с историческими фактами.
10 дек., суббота
Завтракали мы в маленьком буфете возле наших номеров. Когда мы заказали яичницу, нам принесли по крайней мере 13 жареных яиц. Я поспорил со своим секретарем, а она – со мной. Я сказал ей: «Если я когда-нибудь выберусь живым из этой страны, то буду бежать через границу так быстро, как только смогу, и, оглядываясь на бегу назад, буду кричать: “Да вы всего лишь проклятые большевики!”».
В деревню с нами поехал наш верный гид из местного Совета, а также энергичный молодой репортер из местной газеты, который попросил меня дать ему интервью. Я кратко обрисовал ему свои впечатления о Нижнем, а потом, когда мы одевались, сказал корреспонденту (речь шла о моих предыдущих вопросах о том, живут ли вместе с русскими в их домах свиньи и другие животные): «And now for the pigs!» («А теперь – к свиньям!»). Сотруднику газеты Павлу Павловичу Штатнову так понравилась моя реплика, что он записал русскими буквами, как это звучит по-английски, и сказал, что это будет заголовок его статьи. Мы выехали на авто в отличном настроении. Когда машина оказалась на открытом пространстве, стало очень холодно, и моя секретарша, страдавшая от холодного ветра, забилась под одеяло. Впрочем, всякий раз, когда я делал какие-то замечания о проплывавших мимо видах, огромных заснеженных полях или видневшейся вдалеке деревне, она высовывала голову из-под одеяла, чтобы тоже посмотреть на эти диковины, так как боялась, что без этого она не отработает свое жалованье. В нескольких милях от города находилось большое и красивое кирпичное здание завода, который производил телефоны. Мы остановились, чтобы посмотреть на него, и один из управляющих показал нам предприятие. На заводе работают 830 человек; это один из четырех заводов советского телефонного треста. А построен он так далеко от города потому, что призван выполнять военные заказы и поэтому должен был находиться в надежном месте. Завод производит телефоны для всего СССР, причем только под заказ. Производительность – 30 000 телефонов, столько же радиоточек и 5000 громкоговорителей в год. Условия работы очень хорошие. На станках работает много женщин – в частности, они делают болты и шлифуют телефонные трубки. Женщины, как и мужчины, выполняющие ту же работу, получают при сдельной системе оплаты от 50 до 54 рублей в месяц. Квалифицированный работник, например слесарь, получает 150 рублей в месяц.
Когда мы увидели село Ближне-Боровское, угнездившееся среди широкой равнины, оно показалась нам очень приятным. Хотя этот населенный пункт находится всего лишь в 20 верстах от Нижнего Новгорода, он кажется довольно обособленным.
Мы вошли в кабинет главы деревенского Совета, расположенный в небольшом бревенчатом доме. Здесь мы поговорили с главой местного Совета (Сельсовета), к которому относятся девять деревень, а также с секретарем местного Совета; оба они довольно молодые люди. Ватага детей, а также несколько стариков и женщин, узнавших о нашем прибытии, уже набились в маленькую комнату и молча стояли, внимательно наблюдая за тем, как мы разговариваем.
Я спросил представителя власти, какая программа переустройства имеется у Сельсовета. Он сказал, что цель состоит в том, чтобы объединить небольшие хозяйства или, если это необходимо, разделить их на меньшие – все в интересах общины. В целом, они стремятся к тому, чтобы сохранить хозяйства в рабочем состоянии. В случае, если хозяйство наследуют трое сыновей, Совет пытается понять, кто из них сможет лучше управлять им, а если кто-то совершенно не разбирается в деле, то лишить его возможности управления (хотя землю у него отнять нельзя). Что касается школ и клубов, то управление ими находится в руках более высокого (волостного) Совета, который назначает учителей и т. д.[277] Основная работа Сельсовета – помогать населению решать трудные вопросы и защищать его интересы. Люди идут в Совет со всеми своими проблемами – так, если умирает корова, они получают здесь страховку Совет является носителем культуры, просвещает крестьян, определяет и собирает налоги, и эти деньги идут в районный Совет, который финансирует школы и т. д. Работа двоих членов Совета оплачивается, трое работают на добровольных началах.
