Дети спали. Бледные до зелени, еще сильнее исхудавшие, они лежали на огромной постели и из-за чего казались совсем маленькими.
Через несколько минут налобные ленты заняли свои места на головах детей, и я почувствовала слабый отток силы.
— Они вряд ли сегодня проснутся, — лорд Дальфари создал для меня кресло. — Я взял на себя смелость заказать для вас сладости и чай.
Он щелкнул пальцами и в палате медленно проявился небольшой, круглый столик.
— Спасибо, — шепнула я и взяла чашку.
На сладости мне было дурно даже смотреть — драконы предпочитают настолько приторные десерты, что мне дурнеет даже от их вида.
— Вы готовите шоколад и не любите пирожные? — удивился лорд Дальфари, видя, что я не спешу угощаться.
— Я предпочитаю кисло-сладкое сочетание, — мягко ответила я. — Это слишком приторно на мой вкус.
Мы замолчали. Альдис тоже не спешил угощаться, а просто смотрел на детей. Затем, будто о чем-то вспомнив, он перевел взгляд на меня:
— Я прошу вас держать в тайне все происходящее. Не хочу, чтобы вы попали под удар.
— Под удар? — переспросила я и отставила опустевшую чашку.
— Кто-то напал на моих детей, — Дальфари так же поставил чашку на стол, — если это не было случайностью, а это ею не было, то…
— Меня могут убрать, чтобы никто не смог спасти детей, — севшим голосом проговорила я.
Страх запоздало коснулся сердца. Кажется, няня Фанндис поняла это раньше — она выглядела странно грустной в момент, когда я делилась с ней произошедшим.
— Хейддис будет охранять вас, — серьезно проговорил лорд Дальфари. — На самом деле я больше чем уверен, что это лишь перестраховка. Однако с некоторых пор я предпочитаю дуть на воду.
— Я понимаю. Но Хейддис… Вы уверены? Он так ядовит, — я попыталась обернуть все в шутку, но лорд Дальфари не был склонен к этому:
— Он лучший, после меня.
Я чуть было не выпалила, что предпочла бы лорда Дальфари, но в этот момент проснулась драконочка:
— Папа?
— Лотта, — голос Альдиса дрогнул, а у меня на глаза навернулись слезы.
«Он потерял любимую супругу, а после едва не потерял детей», подумала я с горечью. И приказала себя перестать думать о драконе, как о мужчине.
— Здравствуйте, — прошептала девочка.
— Привет, милая, — улыбнулась я. — Как ты?
— Почти хорошо, — честно ответила драконочка. — Вы принесли шоколад?
А я так растерялась, что даже не знала, что ответить. На мое счастье, Альдис явно об этом подумал:
— Нет, леди Аддерли помогает вам иначе.
В этот момент я подняла руки с браслетами, а лорд Дальфари коснулся лба дочери:
— Ты же хотела варцинитовый гарнитур, верно? Леди Аддерли помогает тебе бороться.
— Я хотела гарнитур, как у нашего великого прадеда, чтобы сносить горы и оборачивать реки вспять, — надулась малышка.
— Я так понимаю, вы с Марком читали историю нашего рода, — рассмеялся Альдис. — Времена Драконьих Войн прошли, теперь все эти боевые накопители покоятся в нижней части сокровищницы и, если боги будут благосклонны, нам не придется их доставать.
— А как же приключения? — распахнула глаза драконочка.
Я только посмеивалась, понимая, что маленькая Лотари настоящее «сердце с перцем». Интересно, ее братишка такой же? Или он маленький книжник, умник, который находит все эти истории?
— Значит, шоколад нам больше нельзя? — малышка вернулась к интересующему ее вопросу.
— Можно, — уверенно произнес Альдис, — просто шоковерна далеко.
— А можно мы после уроков будем приходить к леди Аддерли?
Этот сонный голосок принадлежал совсем не Лотте. Я перевела взгляд на ее брата и увидела, что он тоже уже не спит.
— Если леди Аддерли будет не против, — спокойно ответил лорд Дальфари.
— Леди Аддерли не против, а очень даже рада. В какой школе вы учитесь?
— Мы ходим в школу леди Карстери, — охотно ответила Лотта, — но у нас только три урока. Потом нужно возвращаться домой.
— Но вы каким-то образом успевали зайти в шоковерну, — сощурился лорд Дальфари.
— Мы просили учительницу отпустить нас пораньше, потому что нам плохо, — Лотта широко распахнула глаза, — не ругай нас, папочка. Просто очень хотелось шоколада. Нам не плохо с него, правда-правда!
— И мы много не брали, одну порцию на двоих, — поддакнул Марк. — Чтобы не перегружать больной организм.
— И мы никогда-никогда не пробовали те красивые бисквиты с пышной кремовой шапочкой, — в голосе Лотари было столько тоски, что мне захотелось вскочить и принести ей столько десертов, сколько уместится в мои руки.
— Леди Аддерли, — дракон напустил на себя суровый вид, — правду ли говорят эти шалуны?
— Истинную, — ответила я.
Лорд Дальфари преувеличенно глубоко задумался, а после изрек:
— За свои проступки нужно нести ответственность. Когда вы вернетесь в школу, вы сами расскажете своей учительнице о том, как пользовались ее добротой.
— А может по попе? — робко предложила Лотта, — я слышала, что Дерреку дома дали розог.
Дракон опешил, но, взяв в себя в руки, покачал головой:
— Но чем же я провинился? Я не хочу и не могу бить детей, за что меня заставлять? Нет, малыши, так нельзя. Через боль мало какое знание в голову приходит. Да и потом, вы словесно оступились, вот словесно и прощения попросите.