Его внимание привлекло какое-то движение. Из сияния наверху выплыла пара темных крыльев, медленно кружа под огромным куполом. Это был одинокий манкрай, последний разведчик, оставшийся на своем посту.
Опустив взгляд, Грейлин узрел с полдюжины та’винов, валяющихся на полу. Два из них все еще дымились, в темных полостях их тел с треском проскакивали искры.
– Горстка последних защитников, – заметил он.
– Возможно, есть и еще. – Шийя кивнула на семь туннелей, ответвляющихся от пола купола. – Будем надеяться, что призраки разобрались и с ними тоже.
– Видимо, манкраи застали их врасплох. Сомневаюсь, что за бесчисленные тысячелетия сюда хоть раз проникали чужаки.
И все же Грейлин не спускал глаз с этих туннелей. На месте расположения турубьи в Студеных Пустошах имелись точно такие же. Выступающие из их темных жерл гигантские кабели в какой-то темной мягкой оболочке – высотой в четыре человеческих роста, громко гудящие – ныряли глубоко под медный пол купола. Хоть они и скрывались из виду, Грейлин знал, куда они ведут и для чего предназначены.
Как и Шийя.
Она указала на центр пола.
– Турубья… Смотри…
Грейлин поморщился.
– Что это с ней?
Тогда, в Пустошах, на этом месте виднелась гигантская хрустальная сфера, подвешенная на арочных опорах над бездонным круглым колодцем – так, что над полом возвышалась лишь верхняя ее половина. Хрустальная поверхность сферы была сплошь исчерчена перекрещивающимися полосами яркой меди, а медные прожилки поменьше образовывали между ними сложный замысловатый узор. И все же самым удивительным было то, что находилось внутри того огромного хрустального шара, где пульсировала и бурлила некая золотистая жидкость, словно отмечая тайное биение сердца Урта.
«А может, и в самом деле».
Особенно учитывая предназначение турубьи. Которое заключалось в том, чтобы заставить мир вращаться вновь – в паре со своим близнецом в Студеных Пустошах.
Только теперь возникла непреодолимая проблема. Шийя озвучила ее:
– Похоже, что эта турубья основательно испорчена.
Никс с облегчением услышала, как Грейлин окликает группу, ожидающую в туннеле, и наконец выдохнула, хотя и не заметила, как затаила дыхание. Судя по всему, ничего опасного дальше не обнаружилось. И все же в голосе у Грейлина звучали знакомые стальные нотки тревоги.
Что-то пошло не по плану.
Они с Даалом поспешили дальше – Викас едва поспевала за ними. Опередил их только Кальдер, который первым подбежал к светящемуся концу туннеля. Райф и остальные люди Даранта толпой устремились следом.
Вслед за варгром все вывалили на медную площадку над полом, и здоровенные детины с корабля потрясенно поразевали рты при виде огромного светящегося купола, пронзаемого яркими разрядами энергии. Райф лишь выругался, так как уже видел нечто подобное, – как и Даал, который просто поморщился.
Через несколько шагов у Никс похолодели руки и ноги и перехватило дыхание. Припомнился тот момент, когда она оказалась под таким же куполом. До нее опять донеслись звуки битвы, лязг стали и оглушительный грохот пушек высоко над головой. Никс приложила руку к груди, все еще ощущая, как он гулко отдается где-то у нее внутри. Но все это перекрывал звук, подобный которому она слышала совсем недавно, – яростный визг Каликс. Именно в таком месте Никс пришлось перерезать Баашалийе горло и поместить своего брата в измученное тело этого огромного летучего зверя.
Она поймала себя на том, что не способна двинуться с места.
Но тут Даал потянулся к ней – поначалу нерешительно, а потом все-таки коснулся ее плеча. После того как Никс удалила из него золотой ключ, силы в его источнике осталось совсем немного, какие-то жалкие капли. И все же его прикосновение оказалось подобно огню, выжигающему прошлое из ее тела. И не благодаря какому-то дару обуздывающего напева, а просто его присутствию, искренней озабоченности, написанной у него на лице.
Никс кивнула.
– Я в порядке.
Это была ложь, но ее хватило, чтобы позволить ей двигаться дальше.
Прежде чем она успела это сделать, послышался крик Джейса:
– Берегись!
Из-под купола на их группу спикировали темные крылья. Резкий визг заставил всех пригнуться или присесть. Одна только Никс осталась стоять. Она не почувствовала в этом крике ярости – только предупреждение. Когда летучая мышь устремилась к ним, за ней тянулся след изумрудного пламени, но Никс уловила и едва заметный золотистый отблеск, отчего непроизвольно подняла руку. Кончики ее пальцев задели крыло манкрая, когда тот пронесся над ней и нырнул в туннель у нее за спиной.
Она посмотрела ему вслед, опять заметив в оставленном им за собой пламени золотые крупинки.
– Девятнадцатый, – констатировал Даал, добавляя его к уже учтенному количеству.
Джейс поднялся на ноги.
– Еще один, который поможет возродить колонию.
Когда призрак исчез в темноте, Никс сочла этот золотистый след добрым знаком, молясь, чтобы это действительно было последним даром их короля – обещанием мира и покоя, которых иначе им было бы никогда не видать.
Грейлин, который уже почти спустился по пандусу с левой стороны, поторопил их:
– Давайте поживей!
