Я поднялся, чувствуя, как от долгого сидения гудят затекшие конечности. Размяться я успел около часа назад, не изводя тело тяжелыми нагрузками — силы мне еще пригодятся. Сделать это было несложно — мои опекуны уже давно влились во всеобщее веселье, оставив меня в покое. Они не знали, что сегодня я собираюсь к ним присоединиться. Обычно я пропускал праздники, стесняясь собратьев. Слишком открыто они выражали собственные чувства…
«Пора», — кивнул я заговорщице и вышел из дома.
Легкая прохлада приятно остужала кожу, горевшую от волнения. Вдали, куда я направлялся по темной пустынной улочке, висело яркое зарево, сложенное десятками высоких кострищ. Они разжигались по кругу поляны, создавая легкий полумрак и согревая полуобнажённые тела свободных оборотней.
Именно поэтому сейчас из одежды на мне осталась лишь набедренная повязка. От этого я чувствовал себя совсем неуютно. Ладони вспотели. Щекочущий трепет скользил по оголенной спине, поднимая дыбом каждый волосок. Соски затвердели.
«Как вообще в таком виде я должен появиться перед всеми?»
Хотелось завыть и трусливо броситься домой, но я только крепче сжал кулаки и быстрее зашагал вперед, держа перед глазами бивший пламенем свет.
— Наконец-то, Джайс, ты решился! — с налета приобнял меня Вагрус, утыкаясь носом в затылок. Он глубоко потянул воздух, обнюхивая меня. Мы соприкоснулись кожей.
— Отстань! — огрызнулся я, оттолкнув нахала обеими руками.
— Эй, парень, потише! Чего ты взбеленился? Отдыхаем же все, — он, словно невзначай, шагнул ближе, снова сокращая между нами расстояние.
Этот оборотень был одним из тех, кто предлагал провести течку вместе.
— Держи руки при себе, — сквозь зубы прорычал я, сверля волчару предупреждающим взглядом.
— Что ж, ты прав, Рыжик. Для начала я должен показать тебе, чего стою, — потянул он меня за выбившуюся из-за уха прядь, намекая на схватки оборотней за свободных омег.
По нашим обычаям, альфы стаи, ищущие пару, выказывали внимание к заинтересовавшему их омеге накануне, а после боя за вожака все претенденты на лапу желанной добычи вступали в схватку, выясняя, кому достанется приглянувшийся волк. Победитель уводил омегу к себе в дом ровно на одну луну.
— Я буду биться за тебя, — пылая азартом, заявил Варгус, снова подходя вплотную и заставляя меня отступить.
Спиной я почувствовал, как прильнул к другому разгоряченному телу.
— Пожалуй, я тоже поборюсь, — низко прошипел Олькрун, кладя руки на мои плечи и сдерживая мой порыв вырваться.
В раздражении я изо всех сил наступил агрессору на ногу. Тот взвыл негромко, выпустив меня на волю.
— Кусаешься? — сверкнул он угрожающе глазами. — Ничего, я научу тебя уму-разуму за целую луну.
— Ты еще не выиграл схватку, — напомнил Варгус о своем присутствии. Наличие конкурента его только раззадорило.
— Дело времени. За такое гладенькое тело и милую мордашку я с легкостью с тобой разделаюсь.
Была бы их воля, они сцепились бы прямо сейчас.
— Держите себя в руках! — осадил их Нурсмин, мой альфа-опекун. — Скоро начнется бой, а потом вы сможете попортить друг другу шкуры. Вы же не какие-то псы, чтобы показывать зубы среди отдыхающих!
Пока мы пробирались через толпу, собравшуюся на поляне, к паре моих «ухажёров» добавились еще двое. Псы их раздери! Я намеренно задержался, как мог, надеясь, что к моменту моего появления все альфы уже определятся с целью.
Но вот, сквозь редкие просветы впереди я краем глаза уловил знакомый облик. Еще пара десятков шагов, и я замер у самой кромки круга, где уже через несколько секунд заявлю о своем желании провести ночь с альфой.
Верн возлежал на пушистой черной шкуре цербера. Прикрытый лишь набедренной повязкой, он расслабленно опирался на локоть, поддерживая голову и лениво наблюдая за собратьями. Едва различимые паутинки серебра тянулись от висков, вплетаясь в густую пену темно-каштановых кудрей, спадавших до плеч. Оголенный торс поражал мощью и ладностью, бесстыдно выставляя напоказ каждую мышцу, каждую прожилку и желобок. Темные соски вызывающе выделялись на загорелой коже.
Я почувствовал, что близок к обмороку. В этот момент Верн перехватил мой голодный взгляд.
Сейчас, в полумраке, когда все были увлечены друг другом, я не желал отводить или прятать глаз. Я смотрел на него прямо, наблюдая, как задержавшись на моем лице, он скользнул ниже, изучая, рассматривая. Тело горело, словно он проделывал это руками. Не смея шелохнуться, я позволил ему разглядеть все, что он хотел. Вдруг он вернулся к моему лицу — глаза сузились, губы чуть заметно искривились — и он отвернулся в сторону.
Пропасть разверзлась перед моими ногами.
Почему?!
Толпа тем временем окончательно стихла, завидев как вперед вышел бета вожака, Тривал.
— Тише! — прикрикнул он на молодняк, впервые оказавшийся на Второй луне. — Есть ли желающие поспорить за вожака? — не став ходить вокруг да около, произнес он ритуальную фразу. — Выйдите в круг.
Первым из толпы шагнул высокий омега, Нурис.
— Я желаю быть покрытым вожаком! — громко произнес он и без стеснения уставился на Верна.
