Сражаться с драконом было сложно, но уступать я не собирался, вырываясь из рук со всем отчаяньем слегка поруганной добродетели. Наконец, Шайсу надоели игры (или он просто хотел перейти к следующей части), и ухватив меня за оба запястья одной рукой, он резко развернул меня спиной и припечатал руки к поверхности стола.
Еще миг, и я почувствовал, как тяжелая ткань юбки упала мне на спину, бесцеремонно задранная наглой ящерицей.
— Отпусти немедленно! — давил я голос что было сил, чувствуя, как закипаю от злости. — А если кто-нибудь войдет?
Моя пятая точка как раз удобно обозревалась на краю стола, скрывая одного из главных участников события — меня самого. Впрочем, сей постыдный факт не успел меня серьезно взволновать, учитывая, что в следующий момент Шайс огладил мою ягодицу сквозь шелк панталон.
— Забавные.
— Очень рад, что сумел развлечь!
— Только начал, золотце. А как они держатся?
— Только посмей! — рявкнул я, трепыхаясь. А Шайс уже отыскал шнурок, подвязывающий короткие штаны.
— Духи! — ругался я, бесполезно стараясь отставить пятую точку, в надежде остановить роковое скольжение вниз.
— Без них гораздо лучше, — резюмировало исчадие бездны, когда голые ягодицы остались без последнего укрытия.
— Если ты меня не отпустишь, — начал я, уже ощущая внутри силу, чтобы организовать чешуйчатому кругосветное путешествие, — я…
И в этот миг я услышал звонкий шлепок и мгновеньем позже ощутил согревающее тепло пониже спины.
— Это за неподчинение старшему, — хрипло выдал змей. — Мне продолжить?
От возмущения я задохнулся:
— Да как ты смеешь!
— Старший наказывает младшего за сопротивление или отказ выполнять супружеский долг.
— Что еще за бред?
— Уложение драконов о семейных отношениях.
— Я его в глаза не видел. И подчиняться ему не собираюсь!
— Будешь, золотце. И уложение почитаешь, чтобы знать, как правильно вести себя со старшим.
— Не буду! — прокричал я что есть духу. — Меня наверняка слышали и сейчас сюда придут! Отпусти немедленно!
— Полог тишины не позволит нарушить наше уединение, — спокойно отозвался дракон, снова поглаживая меня по нагому телу.
Предательское тело наливалось теплом, заставляя кровь бежать быстрее.
— Ах ты…
Второй шлепок опустился на меченое место, обжигая.
— Будешь слушаться?
— Сдурел! Иди к духам! — Меня даже родители не наказывали таким унизительным способом! А этот!
— Не хочу к духам, хочу к тебе, — дракон навалился сверху, окончательно вдавливая меня в поверхность. Голых ягодиц коснулись кожей. И когда он успел снять штаны!
— Я не хочу!
— Дай мне немного времени, маленький, и ты будешь умолять меня сделать это.
Второй шнурок, придерживающий ворот туники позади, скользнул на поверхность стола на уровне моих глаз. Спина оголилась.
— Тебе очень идет огненный цветок.
Я не успел ответить, как его язык прошелся вдоль позвоночника, заставляя подернуть плечами от волнения. Казалось, меня ласкает всполох пламени. Мурашки мигом выступили на коже, соски сжались горошинами.
— Шайс, — ответить достойно я не смог, подвело горло. — Это школа, мы не можем… — ведь у рептилии тоже должен быть голос разума.
— Ты такой сладкий, золотце. Можно я тебя съем? — Его колено легко сдвинуло мою ногу, заставляя расставить ступни шире.
— Прошу, прекрати. Нас могут застать…
Просьба была похожа на мольбу, а собственные колени приятно уперлись в дерево массивного предмета, на котором я удобно расположился, будучи больше не в состоянии служить своему хозяину.
Дракон был везде, гладил мои руки, лаская шею, целуя спину. Его закаменевшее достоинство потиралось о мои ягодицы, заставляя член твердеть и наливаться. Я заерзал.
— Что-нибудь мешает, господин учитель?
— Что б ты провалился, — выругался я из последних сил, не вложив в послание и сотую долю того, что хотел. А ящер уже просунул руку под меня и сдвинул чуть назад, освобождая мое средоточие возбуждения от сильного нажима о столешницу.
Я выдохнул с облегчением.
Он не убрал руку, помяв меня там…
Стыдясь, я все же не удержал томительного вздоха. Горячая рука была такой нежной, ласкающей…
— Не отказывай себе ни в чем, малыш-ш-ш, — легким шёпотом в ухо. И снова его язык огладил раковину, останавливаясь на заостренном кончике.
Я немного сдвинулся, когда зубы закусили плоть, и толкнулся вперед. Было приятно. И хотелось еще. Словно случайно, я позволил себе двинуть бедрами вперед, войдя в сжатый кулак мужа.
Подлый дракон хмыкнул, и рука пропала. Чтобы снова вернуться. Ладонь намокла и легкое скольжение томительно стягивало внутренности.
Я и сам иногда позволял себе помочь рукой, но и на сотую долю это не было так приятно. В анус скользнул палец.
— Не останавливайся, золотце. Я не причиню тебе боли, — шипел дракон, и его дыхание щекотало шею. Он сам прошелся несколько раз по моему стволу, разбивая почти выстроившийся ряд мыслей.
Если я позволю себе еще минуту, наверное, это не смертельно…
Я снова толкнулся во влажную ладонь и ощутил, как палец проник глубже. Твердый член дракона настойчиво терся о бедро, рисуя в воображении постыдные картинки.
