«А я вот поняла, что даже подумать в одиночестве не могу», – вздохнула я, наматывая на голову полотенце и закутываясь в халат. – Слушай, а когда мы найдём способ тебя упокоить или… возродить, всё, что ты изучал, я буду помнить? Или эти ночные знания обнулятся?
– Не знаю, – честно признался чешуйчатый. – Я в таких ситуациях, видимо, никогда не бывал. Я даже не знаю, что мы со мной будем делать, когда найдем.
«Вот и я не знаю», – подумала я, выходя из душа.
Прямо в коридоре я уловила аромат жареного мяса. И не только я: моё второе сознание буквально облизнулось, а желудок недвусмысленно заурчал.
Не снимая халата, я направилась вниз.
В общей столовой уже стояли тарелки с мясом и картошкой, свежий салат и пузатый фарфоровый чайник.
– Это что за чудо успело всё приготовить? – спросила я, кивая на изобилие.
– Ваш преданный фамильяр, – мурлыкнул Морфиус, вальяжно вплывая в комнату с ещё одним блюдом в лапах. На нём лежал каравай свежевыпеченного хлеба.
– Быстро ты всё организовал, – с удовольствием заметила я, присаживаясь за стол и накладывая себе еду.
«Ужжжин», – благостно протянул внутри драконище, явно довольный плотоядным меню.
Я уже воткнула вилку в кусок мяса, когда вдруг вспомнила и громко позвала:
– Тпру!
Метёлка, тихо шурша веточками по полу, вошла в столовую.
– Тпру, милая, спасибо тебе за то, что так бережно несла меня, и… извини за книги, – вздохнула я. – В следующий раз я не буду так сильно тебя нагружать, а закажу экипаж. Эта мысль пришла мне в голову только после того, как мы прилетели домой.
Метёлка, вдохновлённая моей благодарностью, всплеснула лентами, будто показывая, что готова служить и дальше.
– Ты лучшая метёлка в мире, – добавила я, искренне улыбнувшись.
Тпру радостно зашелестела соломенными прутиками и, поигрывая лентами, направилась обратно в свой уголок.
Мы уже закончили ужинать и перешли к чаю, когда Морфиус покинул столовую. Через минуту он вернулся, неся на круглой тарелке шевелящийся желейный пудинг гранатового цвета.
Я тут же схватилась за ложку, собираясь попробовать этот чудесный на вид десерт. Вот только сделать это я так и не смогла – ложка замерла на уровне рта.
– Это что за странная субстанция? – недоверчиво спросил дракон, принюхиваясь к желе с явным подозрением.
– Клубничный пудинг, – уточнила я, понимая, что осязание у нас тоже одно на двоих.
– Пудинг? – протянул чешуйчатый голос, полный сомнения. – Он мне не внушает доверия.
– Пудинг, который не внушает доверия! – насмешливо фыркнул Морфиус. – А ты точно влиятельный? А то складывается впечатление, что ты какой-то… трущобный дракон, никогда в жизни не видевший ничего слаще редьки.
– Что?! – рявкнуло разъярившееся сознание так громко, что его голос эхом отозвался в моей голове, а в висках сдавило тупой болью.
– Бомж-дракон, – издевательски мурлыкнул фамильяр. – Никогда о таких не слышал, и ты, значит, будешь первым на моей памяти.
– Никакой я не бомж! – моя рука непроизвольно запустила ложкой с пудингом в кота.
Морфиус ловко увернулся, а затем уставился на меня с укоризненно-насмешливым выражением на морде.
– Ой-ой, а мы ещё и неженки обидчивые! Луна, ты бы свою вторую, подкидышную половину приструнила. Вообще, нужно уметь держать себя и всяких там чешуйчатых в руках. Особенно если они всего лишь поток твоего сознания.
– Я не поток! – возмущённо прорычала моя половинка. – Я дракон!
– Божечки ты мой! – заломил лапы фамильяр. – Он дракон! Страшно-то как! И не стоит на меня сверкать чужими глазами. Луна, ты с таким выражением лица похожа на припадочную. Хотя два сознания в одной голове способны сделать припадочным кого угодно. Нам нужно срочно избавляться от змеюки.
– И как только я вернусь в своё обличие, первым, кто ослепнет на оба глаза, будешь ты! – пообещал дракон.
– Луна, он мне угрожает! – завопил кот, подпрыгнув на стуле. – Его нужно упокоить в зародыше!
– Ты сначала упокаивать научись! – съязвило мое явно ироничное сознание. – Но о чём это я… Ты ведь не можешь – у тебя же лапки!
– Молчать! – взвыла я, перекрикивая саму себя. – Если не прекратите ругаться, я оставлю вас обоих без десерта! Я хочу этот пудинг и собираюсь его съесть! А вы оба – заткнитесь!
Морфиус обиженно замолчал, раздражённо покачав распушившимся хвостом, а дракон лишь фыркнул в моей голове, выразив своё недовольство. Однако больше никто из них не сказал ни слова. И я в совершенной тишине доела десерт, наслаждаясь каждой ложкой.
После этого я поднялась наверх, в кабинет, готовая наконец провести вечер в спокойном познании магических наук.
Я с ногами устроилась в уютном кресле кабинета, укутавшись в тонкий плед, и перебирала книги, взятые в библиотеке. Нужно было выбрать, с каких начать своё обучение. Тпру осторожно расставляла тома, которые я подавала ей, на полки.
Морфиус, всё ещё обиженный на дракона после их перепалки в столовой, молча сидел у стола. Он задумчиво смотрел в зеркало, что-то в нём перелистывая, и время от времени тихо мурлыкал себе под нос.
Чешуйчатый, сохранявший молчание долгое время, наконец прервал тишину:
