И всё же капитан сбегал с разорванной ядром башни, не чувствуя от гнева ни ног, ни рук. Он столкнул с лестницы одного воина, замахнулся мечом на двух других и срубил их разом, проломил голову следующему.
Дэкван и его воины теснили японцев к стене, и Нагиль бросился им на помощь, прогрызая себе путь через тела и тела, через руки и ноги, наружу, в самую гущу сражения, где воины дракона давили врага.
– Капитан! – Нагиля заметил Чжисоп, отвлёкся на мгновение, и его ранил в руку японский воин. Нагиль отсёк тому голову, закрыл со спины Чжисопа.
– Где Намджу?
– У врат, Дэкван с ним.
– Тоётоми?
– Не видели, его тут нет. Ким Рэвон на холме.
Нагиль обернулся, пока Чжисоп убивал бегущего прямо на капитана японца. Силуэт одинокого воина на коне Нагиль заметил сквозь дым и поднимающуюся с влажной земли плотную копоть от сгоревшей травы. Это был Рэвон, и он ждал.
– Не дай им прорваться в город, – рявкнул Нагиль Чжисопу. – Чунсок ведёт к вам своих, продержитесь ещё немного!
Нагиль повернул к вратам и побежал, на ходу срезая кричащих японцев. Бил по рукам и ногам, бил в грудь, пока хватало сил, потом расталкивал их падающие тела и снова бил. С Дэкваном они столкнулись, едва не скрестив друг против друга мечи, и
– Мы не протянем до рассвета, если не придёт помощь.
– Дивизия Хигюна – наша надежда, но не последняя.
– Капитан?
Нагиль осмотрелся: к стенам Конджу пришло порядка десяти тысяч японских воинов, а остальные, должно быть, всё ещё ждали у кораблей. Ждали чего? Когда стены города рухнут, чтобы прийти и с новыми силами вырезать уцелевших в битве горожан? Если так, то против второй волны воинам дракона и ополчению было не выстоять.
На месте Тоётоми Нагиль поступил бы так же – или же погнал бы вторую часть армии к восточным воротам, прорубил их и задавил на улицах города всё вражеское войско. Но генерал медлил, японцы атаковали Конджу только с западной стороны, и для Нагиля оставалось загадкой, поступит ли Тоётоми так, как подсказывал ему разум, или же обратится к более изощрённой тактике.
Если он призовёт Дракона сейчас и оставит своих людей, преследуя Тоётоми, не совершит ли ошибку? Не ждёт ли японский генерал прихода Великого Зверя, чтобы дать знак своим воинам и напасть с другой стороны Конджу?
– Капитан! – закричал позади Чжисоп. – Берегись, капитан!
Нагиль обернулся только для того, чтобы увидеть, как Чжисоп выскакивает между ним и японцем и принимает на себя весь удар – копьё пробило ему грудь, он упал в ноги Нагилю с последним предсмертным хрипом.
Японец вытащил из его трупа копьё и поднялся, готовый разить замершего капитана, но его остановил Дэкван. Голова солдата пролетела по воздуху и тут же втопталась в грязь и копоть ногами его соратников – прямо рядом с телом Чжисопа.
– Соберитесь,
– Мне понадобится твоя помощь, – сказал Нагиль.
Дэкван вытащил меч из тела только что упавшего японца и тут же кивнул.
– Что от меня требуется?
– Пробей мне путь до холма.
«Ты полон сил и готов вступить в бой», – обратился он к Зверю внутри себя.
«А ты готов отказаться от себя-человека?» – спросил Дракон со дна пустого желудка. Нагиль усмехнулся, и в кипящей битве усмешка вышла оскалом на окровавленном, исцарапанном косыми стрелами лице.
«Могу предоставить тебе власть до самого утра», – ответил капитан. Дракон заворочался, поднял голову и опалил грудь Нагиля изнутри своим дыханием.
«Я спалю всех, кого увижу», – предупредил он.
«Все корабли на берегу – твои, – согласился Нагиль. – Все, кроме генеральского. Генерала оставь мне».
«Не генерала, – удовлетворённо прорычал Дракон, – а женщину у него в плену».
Дэкван отрубил голову японского воина, и та сгорела в столбе огня, что вырвался из горла Нагиля. Капитан бросил меч; кожа свободной руки лопнула в сгибе локтя, порвались мышцы между пальцами, и вместе с кровью в воздух взвились языки пламени, а из них вырос Великий Зверь.
Японцы бросились врассыпную, и их, подхватывая яростный рык Дракона, преследовали воины. Дракон оставил трепыхающихся людей позади, взмыл в воздух и ринулся к берегу, куда его тянул слабый зов, почти неслышный, как аромат, оставшийся на налобной повязке, что капитан драконьего войска прятал за воротом своих одежд.
Вторая половина армии Тоётоми пряталась не у берега. Дракон понял это сразу, едва приблизился к оставленным без внимания кораблям – там была от силы тысяча человек, и их слабые крики не удовлетворили его жажду. От разочарования он сжёг первый ряд кораблей, взвился выше под облака и опустился к самой воде, вызывая сильные волны, что тут же потушили огонь.
