– Положите руки на сканер для идентификации личности.
Мы подчинились. Сканер выдал наши личные файлы на монитор, и, всмотревшись в запись, девушка уточнила:
– Финниган? Дракон?
Макс кивнул.
– Совершенно верно.
– Родственник Эдварда Финнигана? – теперь во взгляде регистраторши был искренний интерес. – Того, который в шоу?
– Брат, – серьезно ответил Макс.
Похоже, его стало раздражать то, что даже на его собственной свадьбе над ним нависает тень старшего брата.
– Хорошо. – Девушка посмотрела на меня, и теперь под ее профессионализмом появилось удивление, словно она хотела спросить, как настолько непривлекательная я сумела завоевать сердце дракона. Видит Господь, я не знала, что на это ответить. – Фрин Инга Шуман, согласны ли вы взять в мужья фро Максимилиана Клауса Финнигана?
– Да, – ответила я и улыбнулась, посмотрев на Макса. – Да, я согласна.
Сказал бы мне кто-то пару недель назад, что я стану фра Финниган – да я бы расхохоталась ему в лицо. И вот теперь я держала Макса за руку, и моя жизнь менялась так, что я не знала, чем все закончится. Даже не предполагала.
– Ваше решение принято самостоятельно и без давления?
– Да, – кивнула я. – Я действительно хочу выйти замуж за этого мужчину.
Пальцы Макса дрогнули на моей руке. Он смущенно улыбнулся – так, словно наконец-то стал счастливым по-настоящему.
– Теперь вы, фро Максимилиан Финниган, – обратилась регистраторша к Максу. – Согласны ли вы взять в жены фрин Ингу Шуман?
– Да, – твердо сказал Макс. – Я принял это решение самостоятельно и без давления.
– Хорошо, – улыбнулась девушка, и принтер зашуршал, выдав зеленый бланк свидетельства о регистрации. Протянув Максу ручку в золотом корпусе, она сказала: – Поставьте подписи напротив ваших фамилий. Властью, данной мне городом и страной, я объявляю вас мужем и женой и искренне поздравляю с этим событием.
Подпись Макса была размашистой и витиеватой, как и полагается подписи дракона. Когда я отложила ручку, девушка протянула нам свидетельство и уже не таким официальным тоном сообщила:
– Если хотите, то завтра можете зайти на венчание. Церковь Святой Марфы, два квартала отсюда. Место очень красивое, древнее.
– Спасибо, – улыбнулся Макс. Мне вдруг показалось, что он никогда в жизни не был настолько счастлив. – Мы подумаем.
– Ребята, вы действительно классные. – Сейчас девушка выглядела не чиновницей, а обычной девчонкой, увидевшей чудо. Это и было чудо. Драконы, даже младшие, не женятся на человеческих женщинах. Пару раз в кровать – это предел. – Счастья вам от души!
– Спасибо, – сказала я.
В эту минуту мне хотелось верить, что так и будет.
Я никогда не думала, что шершавая рукоять ножа так легко и удобно ложится в ладонь. Они будто бы созданы друг для друга – рука и орудие убийства. Идеальная пара. Я никогда не думала, что убить кого-то живого настолько просто. Как арбуз разрезать, сначала – твердая корка, а потом лезвие проваливается в мякоть, тонет в ней, напитывается кровью.
И Макса убить было очень просто. Всего один удар, вперед, в шею, под нижней челюстью – и огромный дракон заваливается набок, а золотистые глаза наполняются серой мутью.
Я неотрывно смотрела на мертвого ящера, вокруг витал душный запах пролитой крови, а в душе было пусто и звонко, словно в покинутом храме. Только пыль и эхо под потолком. Макса больше не было. Я была драконоборцем и просто сделала то, к чему меня подталкивала моя природа. И это оказалось очень легко и совсем не страшно.
Вот бы только избавиться от глухой пустоты в подреберье – и было бы совсем хорошо. Тогда я смогла бы жить дальше.
– Умница. – Дыхание Кристиана опалило ухо и щеку. Он подошел сзади, обнял меня, прижимая к себе. Казалось, я слышала, как билось его сердце: гулко, нервно, с перебоями. – Ты все сделала правильно.
– Ты доволен? – прошептала я.
Можно было и не спрашивать: разлитый в воздухе запах драконьей крови возбуждал рыцаря с юга так, что он почти лишался рассудка.
– Конечно, – произнес Кристиан. – Конечно, доволен, моя фрин. Драконы должны уйти. Навсегда.
И тогда мне стало страшно так, как никогда в жизни. Это был ужас, убивающий душу, за ним стояла только тьма, и ничего больше.
Я закричала так, что почти сорвала голос. Кто-то снова обнял меня, но это были живые, теплые объятия. Макс гладил меня по лицу, говорил что-то тихо и успокаивающе, и лишь спустя несколько минут я разобрала, что именно он говорит:
– Это сон, Инга, сон. Проснись. Проснись, это сон.
Больше не было ни Кристиана, ни убитого дракона. Я увидела, что нахожусь в своей комнате на проекте. За окнами разливалось неторопливое сонное утро, и все обитатели дома еще спали. Мы вернулись сюда шесть часов назад, и зеленый бланк свидетельства о заключении брака лежал на прикроватном столике, осторожно напоминая, что жизнь изменилась. Теперь все будет иначе.
– Сон, – глухо повторила я и потребовала: – Макс, покажи шею.
