— Что толку в ненависти? Эльфы делают то, что приходится. И я тоже. Я научился управлять кораблем. Я научился бегло говорить на их языке. К тому же, насколько я знаю, ненависть обычно обходится человеку дороже, чем он может заплатить.
— А любовь? — тихо спросил Альфред. Хуго не дал себе труда ответить.
— А зачем вам корабль? — Камергер счел нужным переменить тему. — Ведь это же опасно. Волькаранцы растерзают вас, если обнаружат его. Не проще ли было бы обойтись обычным живым драконом?
— Дракон может устать. Дракона надо где-то держать, чем-то кормить. Их могут ранить, они могут заболеть, умереть. К тому же заклятие может в любой момент разрушиться, и тогда придется либо сражаться с драконом, либо спорить с ним, либо успокаивать его. А тут все известно заранее. Магии хватает на один цикл. Если что-то сломается, я починю. Корабль мне всегда подчиняется.
— А это главное, не так ли? — сказал Альфред, но сказал он это почти неслышно.
Впрочем, он зря беспокоился. Хуго был слишком занят своим кораблем, чтобы обращать внимание на дурацкие замечания. Он залез под днище и принялся внимательно осматривать каждую пядь обшивки от носа до хвоста (то есть до кормы). Бэйн хвостил за ним и забрасывал вопросами:
— А эта веревка зачем? А почему? А как она движется? А долго мы еще здесь будем? А когда мы полетим? А что вы делаете?
— Осматриваю корабль, ваше высочество, — ответил Хуго. — Если мы обнаружим, что что-то сломалось, уже там, наверху, то чинить будет уже бесполезно.
— Почему?
— Потому что мы разобьемся. Бэйн ненадолго отвязался, потом снова пристал к Хуго:
— А как он называется? Не могу разобрать буквы. «Дра… Дракон…» — «Драконье крыло».
— А какого он размера?
— Пятьдесят футов. — Хуго осматривал драконью шкуру, которой был обтянут корпус. Иссиня-черная чешуя отливала всеми цветами радуги. Хуго еще раз прошелся вдоль корабля и убедился, что все чешуйки на месте.
Хуго подошел к носу (Бэйн буквально наступал ему на пятки). Убийца осмотрел большие хрустальные пластины, вделанные в грудь «дракона». Издали они были похожи на нагрудные пластины драконьего панциря, а на самом деле это были окна. Хуго увидел, что одно из них поцарапано, и нахмурился. Должно быть, его задело упавшей веткой.
— А что там? — спросил Бэйн, заметив, что Хуго внимательно изучает окна.
— Рулевая рубка. Там сидит пилот.
— Ой, а можно мне туда зайти? А вы меня научите управлять кораблем?
— На это нужно много месяцев, ваше высочество, — сказал Альфред, видя, что Хуго слишком занят, чтобы ответить. — К тому же пилоту нужно быть очень сильным, чтобы управлять крыльями.
— Много месяцев? — Бэйн приуныл. — А чего тут учиться-то? Залезай и лети!
— Он помахал руками.
— Сначала надо знать, как долететь туда, куда вам нужно, ваше высочество, — объяснил камергер. — Ведь в открытом небе нет ничего, и ориентироваться очень трудно. Иногда верх от низа и то не отличишь. Нужно знать, как пользоваться навигационными приборами, выучить наизусть все воздушные пути…
— Вообще-то это нетрудно, — сказал Хуго, заметив, как вытянулось лицо мальчика. — Я вас научу.
Бэйн просиял. Он следовал за Хуго, теребя свое перо-амулет. Хуго проверял швы в тех местах, где металл и кость соприкасались с эпсоловым килем. Все было цело. Да и странно было бы, если бы что-нибудь сломалось. Хуго был пилот искусный и осторожный. Ему случалось видеть, что бывает с теми, кто не заботится о своих кораблях.
Хуго подошел к корме. Корпус изящно выгибался вверх, образуя заднюю палубу. С кормы свисало драконье крыло, служившее кораблю рулем. Канаты, управляющие рулем, раскачивались на ветру. Хуго схватился за веревку, уперся ногами в руль и полез наверх, подтягиваясь на канате.
— Ой, можно я тоже? Ну пожалуйста! — Бэйн подпрыгивал, пытаясь уцепиться за веревку, и размахивал руками так, словно собирался взлететь без всякого корабля.
— Нет-нет, ваше высочество! — сказал побледневший Альфред, схватив принца за плечо. — Нам все равно скоро придется туда лезть. Не мешайте сэру Хуго.
— Ну ладно, — покладисто согласился Бэйн. — Тогда, может, пойдем поищем ягод, а, Альфред?
— Ягод, ваше высочество? — опешил Альфред. — Каких ягод?
— Ну… просто ягод. На ужин. Я знаю, что в таком лесу должны быть ягоды. Дроггл говорил. — Голубые глаза мальчика были широко распахнуты, как всегда, когда он что-нибудь предлагал. Он небрежно теребил амулет.
— Пастушонок — плохая компания для вашего высочества, — с упреком заметил Альфред. Он посмотрел на соблазнительные канаты, привязанные к деревьям невысоко над землей, словно специально для того, чтобы принц мог по ним полазить. — Ну хорошо, ваше высочество. Идемте искать ягоды.
— Далеко не уходите! — крикнул сверху Хуго.
— Не беспокойтесь, сэр, — ответил Альфред. И оба скрылись в лесу: камергер спотыкался о каждую рытвину и налетал на стволы, мальчик весело шнырял по кустам, теряясь в подлеске.
— Ягоды… — проворчал Хуго.
