– За что? Он делал свою работу. Ненавязчиво и мягко, надо отдать ему должное. Ты даже не заметила.
– Заметила, – Лин улыбнулась чему-то. – Он сам раскрыл карты. Знаешь, мне кажется, он получил от нашей встречи большое удовольствие. Марек любит загадки.
– Что может быть загадочнее, чем юноша, вспыльчивый во всех отношениях, – пробормотал я. – И как, разгадал он наши тайные замыслы?
– Пытался, – тряхнула головой Лин. – Но куда Мареку до меня! К тому же я обещала мэтру его не выдавать. Он мой учитель… и друг, наверное.
Мы вышли на песчаный берег. Вокруг теплыми колоннами стояли сосны, шуршала осока. Рядом крикнула чайка. Каменистая коса резала неглубокую воду пополам, будто неторопливая баржа.
Как дома…
Хочу ли я вернуться домой? К простой, изнуряющей работе, любимым книгам, знакомым лицам? Пустой разговор… но если бы? Или отправиться в безлюдные земли, стать собой, учить магию самому? Теперь, когда я знаю основы, что не подвластно мне?
А что останется вне моей руки, когда я пройду Галавер?
Не так. Что от меня останется после Галавера – вот что я хотел бы знать.
– «Вспыльчивый во всех отношениях», – медленно, словно пробуя слова на вкус, произнесла над ухом Лин. – А это звучит! В передряги ты и впрямь попадаешь с завидной частотой.
– Череда случайностей, – пожал плечами я. – Или время пришло. Перед Темью была еще одна… стычка.
– Мм-м, – Лин провела носком черту на песке. Выпрямилась, посмотрела на меня. – И стоит оно того? Зачем дразнить дракона?
– Дразнить драконов никогда не стоит. А вот вступиться за то, что считаешь правильным… Хотя ты права. Третья драка, и третий раз одни неприятности. И третий раз – выбор, который я не мог не сделать.
Ноги начали подкашиваться. Я сел на песок.
– Может быть, где-то я и ошибаюсь, – помолчав, добавил я. – А может быть, ошибается мир.
– Хороший из тебя боевой маг получится, – хмыкнув, Лин уселась рядом. – Люди, во всем виноват мир, с него и спрашивайте! А у меня принципы!
– Ты говоришь так, будто у тебя их нет. – Голова кружилась все сильнее, и я лег, закинув руки за голову.
Снова хотелось пить, но идти к реке не было сил.
Небо летело над головой, как весенний поток. Близко-близко, вытяни руку – коснешься, шелестели облака.
– Анри тебе за-ви-ду-ет, – упрямо продолжала Лин. – На что у тебя уходит час, у него уходили недели. Да и наставница его наверняка за промахи по голове не гладила. А тут появляешься ты, весь в алом… – Она смутилась. – Извини, прилипло.
– Ничего, – я махнул рукой. – Если уж я еду в Галавер, придется привыкать. Лин, я посплю немного, хорошо? Мне сейчас не то что заклятого врага не поджарить – костер не развести.
– Конечно, – она беспечно тряхнула головой. – Если что, я и мечом могу.
– Где-то я это уже слышал…
Обиженное лицо Лин было последним, что я видел, прежде чем провалиться в сон.
И во сне белел песок и стелились волны, но другие: зеленоватые, прозрачные, горькие. Должно быть, де Верг разбередил что-то разговорами о море.
Голова тяжелела, я не чувствовал ног, но поднялся легко, словно тела не было вовсе. Шевельнул рукой, но не ощутил ни движения пальцев, ни трепетания крыльев. А потом обернулся и забыл, что я есть.
Башни. Гордые, бледные, овеваемые ветром и пламенем: черные пропалины пятнали сияющий камень. Я сделал несколько шагов, и белые силуэты расступились. Передо мной открывался город.
Куда там Херре! Таких строгих и точных линий, уверен, не знал и Галавер. Ослепляющая белизна улиц сменялась тенью колонн, величественные площади – хрупкими фонтанами. Ни одного дерева, человека… дракона.
Я видел этот город. Над мраморными ступенями не пролетал ни я, ни родители, но кто-то из моих предков дышал этим воздухом, слушал пение волн… жег закатным огнем молчаливые башни.
Что здесь произошло?
Я сделал еще шаг. Меня тянуло, волокло к главной площади, где пенилась и блестела на солнце прозрачная полоса, уходящая в небо. И вместе с громом водопада, враз заложившим уши, пришло прозрение.
Легендарная столица, Небесный, Летучий водопад, Сорлинн. Мы любили воду… когда-то.
Я жадно оглядывался по сторонам. Тысячи лет назад здесь собирались драконы. Приземлялись на гладкие плиты – и молчали вместе. На этих камнях судили первого отступника. Я стоял в сердце легенды.
Мрамор, тень и вода. Нет нужды в деревьях, если кругом густые южные сады. Да и не жил тут никто. Здесь собирались вместе свои, которых у меня никогда не было. А затем теплую тишину сменили распри, вместо прохладных струй полилось пламя, и живые ушли подальше от воды, в одночасье ставшей врагом.
Потом пришли люди. Дети первого дракона, который вернулся навечно. Первым его назвали они. Первым его называли и мы, но совсем, о, совсем по-другому.
И что делать теперь, когда мир принадлежит им?
Я вздохнул и упал на камни, лицом в бесконечное небо.
Подскажи. Вразуми. Дай совет. Я найду книгу, но для кого? Я не знаю, как себя вести, кем быть, как поступать. Родители хотели уберечь меня от людей, но, кажется, уберегли и от драконов. Кем я вырос? Магом? Человеком?
Я чувствовал, как мысль выгибается дугой, не давая мне проснуться.
