Темные волосы мягкими волнами спускались на плечи. Серые глаза, опушенные длинными ресницами, смотрели пристально и строго. Губы не улыбались, и всё же девушка в зеркале казалась очень хорошенькой. В ней чувствовалась какая-то внутренняя сила.
Я расправила складки платья из желтого ситца. Возможно, стоило надеть хотя бы шёлковое, ради высокого гостя, и переплести волосы. Но, подумав, я отказалась от этой идеи. Во-первых, зачем наряжаться ради человека, который мне не нравится? Во-вторых, выбирая платье и укладывая волосы, я потеряю много времени. Нельзя заставлять гостя ждать.
Улыбнувшись, я подумала, как рассердилась бы Айрин Ренси, узнав, что её дочь вышла к возможному жениху, в домашнем платье. И в прекрасном настроении спустилась вниз.
Сквозь стеклянные двери в малой гостиной было отлично видно, что происходит в комнате. Неслышно подойдя, я уже собиралась повернуть ручку, как мое внимание привлекла удивительная картина.
Герцог сидел в кресле, рядом с небольшим круглым столиком. Служанка Лита, принеся по моему приказу сладости и фрукты, почему-то не ушла. Она, то наклонялась, поправляя расставленные на столе чашки, то приседала перед мужчиной и что-то спрашивала, стараясь задеть его краем длинной юбки.
Её лицо заливал румянец, глаза блестели. Волосы, обычно убранные в строгий узел на затылке, кокетливо распущены по плечам. Словом, девушка выглядела без памяти влюбленной и пытающейся привлечь внимание.
Герцог хмурился. Он что-то отрывисто сказал, махнув рукой, но девушка и не подумала отойти от него. Напротив, заулыбалась и робко коснулась его ладони. Казалось, помани её герцог хоть пальцем, и она побежит за ним, забыв обо всем.
Я смотрела на служанку, не веря своим глазам. Скромница Лита, которая слово боялась сказать в присутствии мужчин, вдруг так откровенно себя предлагает? Неужели она влюблена в герцога? Где они познакомились? Что происходит?
Толкнув дверь, я услышала резкий голос герцога:
— …ты, что, глухая? Слов не понимаешь? Убирайся отсюда, пока… — тут Раух заметил меня, и на его лице расцвела приветливая улыбка, — моя дорогая госпожа Ренси! Не представляете, как я счастлив вас видеть!
— Отчего же, — усмехнулась я, — вполне представляю. Но вы находились в такой прекрасной компании, Ваша Светлость. Простите, если помешала.
Лита резко отскочила от герцога и принялась дрожащими руками поправлять передник. Её лицо покраснело, но уже не от страсти, а от стыда.
— Извините, госпожа. И Ваша Светлость тоже, — пролепетала она. — Не знаю, что на меня нашло. Я пойду.
— Лита, пожалуйста, подожди в коридоре. Ты можешь мне понадобиться.
Я проследила за тем, чтобы служанка оставила дверь в гостиную приоткрытой. Что ж, приличия соблюдены, и я могу уделить вниманию гостю. Только мне почему-то хотелось не улыбаться и вести непринужденную беседу, а бежать от него как можно дальше.
«Успокойся, — мысленно приказала я себе. — Герцог ничего тебе не сделает. Интересно, почему Лита так странно на него отреагировала? Раух совсем не красавец, и вел себя с ней просто ужасно».
В комнате повисла напряженная тишина. Герцог смотрел на меня, постукивая по ладони тонкой тростью, и хмурился. Казалось, ему что-то сильно не нравится.
Я примирительно улыбнулась.
— Ваша Светлость, прошу простить за долгое ожидание и скромный приём. Мои родители были бы счастливы, оказать вам гостеприимство, но они уехали.
«Надеюсь, он поймет намек и не станет задерживаться».
— Что вы, госпожа Мирабель, — на губах герцога промелькнула ухмылка, — это я приношу вам извинения за неожиданный визит. Но, если честно, то я даже рад, что господина и госпожи Ренси нет дома, ведь эта случайность подарила мне драгоценные минуты наедине с вами.
«Случайность? Сильно сомневаюсь, — разозлилась я. — Не удивилась, если бы у герцога были шпионы в нашем доме, и он заранее узнал, что родителей Мирабель не будет. Но, что ему всё-таки нужно?»
Словно в ответ на мои мысли, герцог наклонился в мою сторону, не сводя с меня пристального взгляда. В моём мире это называлось «в открытую пялиться».
Скромной девушке Мирабель полагалось опустить глаза и сложить руки на коленях, или, ещё лучше, под каким-то предлогом выйти из комнаты. Но я только насмешливо приподняла бровь. Не собираюсь плясать под дудку герцога, и, чем скорее он это поймёт, тем лучше.
Он сидел так близко, что я почувствовала слабый аромат роз. Точно так же пахли цветы, которые прислал Раух.
Перед глазами все поплыло. На мгновение герцог показался не навязчивым незнакомцем, а самым желанным гостем. Даже его внешность больше не вызывала отвращения…
Висевший на шее медальон, внезапно нагрелся, обжигая кожу, и это боль привела меня в чувство.
Я выдернула свою ладонь из рук герцога, который успел коснуться её губами, и резко отодвинулась. Тут же вспомнилось, как странно вела себя Лита, сначала едва не обнимая Рауха, а потом — бросившись, прочь от него.
Аромат роз… Подаренные цветы… Служанка, прижимающая букет к груди… Неужели?
— Как вы решились на подобное? — прошипела я.
