— Вы, пока располагайтесь, а я на «губу» смотаюсь.
— Ты не задерживайся, есть сильно хочется, — Рита по-хозяйски шныряла по комнате.
На этот раз на стук Кирилла в фанерное окно гарнизонной гауптвахты открылась дверь. На пороге возникла колоритная фигура начальника сего заведения майора Таранова. Он мощными плечами подпёр дверные косяки и посмотрел отческим взглядом, поглаживая выпирающий живот под расстёгнутым мятым кителем. Глядя на него, было понятно, у этого человека нет авторитетов. В гарнизоне поговаривали, что он даже офицеров на «губе» запирал и заставлял тупым ножиком пилить брёвна, затем ровными штабелями укладывать на заднем дворе гауптвахты.
Он профессиональным взглядом скользнул по сумке, сразу заметил силуэты от бутылок:
— Заходи, — посторонился он, — и повёл в свой кабинет. Там уже сидел знакомый Кириллу прапорщик. Он хмуро улыбнулся, освобождая место, отсел в сторону. На столе нагло торчала водка и много закуски, а на батарее, распространяя специфическое амбре, сушились мокрые портянки.
— А это ты, тот рядовой, что неожиданно превратился в страшного лейтенанта, — пристально глянул на него прапорщик.
— Могу я посмотреть ваши документы? — сурово нахмурится майор.
Кирилл нехотя вытянул удостоверение офицера КГБ. Майор быстро глянул в документы, взгляд стал ещё более враждебным:
— Чем же мы заинтересовали столь влиятельные структуры?
Не мешкая, Кирилл достал водку и, испытывая неловкость, поставил на стол.
— Правильный подход, — взгляд майора Таранова смягчился.
Прапорщик мигом наполнил стаканы из своей бутылки. Кирилл обречённо вздохнул и положил на чёрный хлеб кусок белоснежного сала. Чокнулись, выпили. Пищевод вспыхнул огнём, чертыхаясь в душе, Кирилл понял, в его стакане был чистый спирт.
— Хлебом занюхай, — дал профессиональный совет майор Таранов. — Ещё по одной.
Прапорщик незамедлительно наполнил стаканы. Выпили. Кирилл почувствовал, как его глаза неумолимо сошлись на конус. Неожиданно майор обнял его:
— Наш человек! Теперь говори!
— За своими пацанами пришёл.
— Кто такие? — нахмурился майор Таранов.
— Герман Ли и Филатов Михаил.
— Это те, что пруд вычёрпывали? Там же ключи бьют! — с насмешкой произнёс он.
— Они.
— Забавные хлопцы, — неожиданно у майора смягчился взгляд. — Сколько мы их не прессовали, а всё напрасно. Волки, а не ребята.
— Настоящие орденоносцы, — с уважением подтвердил прапорщик.
— А зачем вы это, их прессовали? — заикаясь от возмущения, спросил Кирилл. Что-то его начало тихонько развозить. Он потянулся за водой, но ему услужливо плеснули спирт.
— Так, чтоб жизнь мёдом не казалась! А вообще это определённый опыт, закаляет. Сильному человеку только на пользу, а слабый становится ещё слабее, — назидательно изрёк майор Таранов и неожиданно взревел:
— Павленко… мать твою!!!
Поспешно вбежал плотный сержант с бледным от ожидания лицом и лихо отдал честь.
— Ли и Мишу сюда!
— Есть! — и сержант словно испарился.
Буквально через десяток секунд он вытолкнул на середину кабинета друзей Кирилла. Но как они изменились, их лица были чёрными, губы плотно сжаты, а глаза горели мрачным огнём.
— Миша, Ли! — Кирилл обнял их под добродушные смешки прапорщика и майора.
— Тащи их за стол, — покровительственно громыхнул майор Таранов.
— Кирилл, что за шутки? — шепнул Ли.
Миша с невозмутимо сел рядом с начальником гауптвахты, в его глазах было ноль почтения.
— Эх, жеребец! — хлопнул по его широкой спине майор. — Не держи обиды на старого вояку! Это же почти родительская любовь! — он собственноручно положил в тарелки котлеты и жареную с луком картошку, затем плюхнул в стаканы грамм по сто спирта и произнёс тост:
— Выпьем, братья славяне, — Ли едва заметно усмехнулся, — за нашу Родину, за наш народ! Смерть империалистам! Эх, ребята, ребята, вот смотрю на вас, а сердце кровью обливается. Нормально ведь, живём. Страна сильная, с тысячелетней историей, а рухнет всё в одночасье. Польётся кровь пацанов. Шакалы будут рвать страну на куски, развалится советская империя и полыхнёт Кавказ. Бандиты будут пускать под откос поезда, взрывать жилые дома, Украина сцепится с Россией и с усердием начнёт уничтожать свой народ на востоке страны, Крым воссоединится с Россией, а вся Европа ополчится против нас и, будете смеяться, в США президентом станет самый настоящий негр и это будет концом Америки.
У Ли и Миши округлились глаза в удивлении, для них это был самый настоящий бред, сейчас Советский Союз как никогда сильный, ничто не должно даже колыхнуть этого колосса. Что за ерунду произносит товарищ майор?
— Вот и ваш друг знает, — проницательно заметил майор Таранов, глядя на Кирилла. — Ладно, что должно произойти, то и будет, но в любом случае Россия станет лишь сильнее, а нам надо остаться людьми, — неожиданно его глаза блеснули от набежавших слёз, но может то спирт стал резко испаряться. Внезапно он вздёрнул брови, покачал указательным пальцем и вкрадчиво произнёс:
