Кирилл с трудом открыл глаза. Как вода, вытекающая из-под вечного ледника, в его зрачки брызнул свет. Очевидно сейчас очень раннее утро. Небо в прозрачной белой дымке. Солнце ещё не поднялось, но было светло, словно взгляд проходил сквозь грани чистейшего хрусталя. Невероятно, но на небе виднелись две луны и едва обозначены контуры третей.
— Очнулся, родимый, — послышался мягкий, но пронизанный немалой силой голос старого человека.
Кирилл скосил глаза и увидел крепкого старика. У него была белее самого чистого снега длинная борода, взгляд пронзительный и мудрый, а на лице не было ни единого отпечатка болезней, что у людей должны быть в таком возрасте. В Кирилле появилась уверенность, что не одну сотню лет разменял этот человек, но тот был бодрым и спокойным. Одежда на нём была просторной, без единого пятнышка грязи. У воротника, на поясе и рукавах поражала чёткостью и гармонией рисунка вышивка и чем-то она перекликалась с русскими, украинскими и белорусскими узорами.
«Где я?» — попытался спросить его Кирилл, но не смог даже шевельнуть губами, но старик прочитал его мысли:
— Это Даария.
«Даария? Ведь это легенда», — вновь подумал Кирилл.
— Всё в мире когда-нибудь становится легендой.
«Но это Земля?»
— Да, это так. Одна из множества земель населённых Великой Расой. Это четырёхмерный мир людей. Не часто к нам забредают странники из многомерных миров.
«Это вы обо мне? Кто я?»
Старик задумался, видно захотел подобрать правильный ответ.
— Ты почти человек, но в большей мере дракон. Ты из мира который находится в конце Золотого Пути, перед началом Величайшего Мира Прави, это Рубеж. Жители, населяющие эту часть, являются больше воинами, но вмешиваются в события людей редко. Исходя из того, что ты изранен, началась война. Тяжёлые частицы первозданного мрака вырвались в светлую часть Сварги, внося Хаос, этим они нарушают Гармонию.
«Ты говоришь не как человек. Ты Бог?» — возникла у Кирилла мысль.
Он мягко улыбнулся:
— Нет, конечно, Бог Един, но мы преуспели в своём развитии, и потомки назовут нас богами. Чувствую ты хочешь знать моё имя, — ласково посмотрел на него старик.
«Очень!» — с жаром подумал Кирилл. Ему показалось, что сейчас услышит нечто невероятное и это перевернёт его сознание. Удивительно, но ум очистился, и силы стали возвращаться. Ужасная рана внезапно стянулась, в груди ухнуло сердце. Оно ритмично забилось, разнося кровь по телу.
— Сварог, — невероятно просто сказал он.
— Сварог?! — вслух произнёс Кирилл и приподнялся на локтях. Голова закружилась, но это было не от слабости.
— Ты лежи. Я вернул жизнь, но тебе необходимо осмыслить выздоровление в покое, — он мягко дотронулся до его плеча. — Если б не драконье сердце, Марена Свароговна давно бы тебя переправила по Золотому Пути в Мир Слави.
— Марена? В смысле, Мара? Богиня смерти?
— У нас нет понятия смерти, его придумают наши потомки. По-настоящему, это переход из одного Мира в другой, из Яви в Славь. Да и какая ж она богиня, дочка моя любимая, — неожиданно улыбнулся всесильный Сварог.
— А-а, — Кирилл пощупал у себя за пазухой, — я кажется, камень потерял! В смысле…своё сердце, — поправился он, испытывая величайшее потрясение.
— Не беспокойся, когда ты был в беспамятности он выпал. Возьми обратно, — Сварог протянул пульсирующий шар, который лежал на его ладони и испускал ровный мягкий свет, словно был очень доволен тем, что его держат эти пальцы.
На этот раз Кирилл легко встал на ноги и с трепетом протянул руки. Старик, улыбаясь, отдал драконье сердце и словно произошёл взрыв, Кирилл ощутил небывалый прилив энергии. Справившись с волнением, он произнёс:
— Спасибо, Великий Сварог.
— Хорошее слово, — он с одобрением кивнул. — И тебя пусть спасёт Бог.
В воздухе раздалось мощное гудение. Из-за верхушек лохматых сосен выплыл сверкающий золотым огнём летательный аппарат.
— А вот и мой сын Перун пожаловал.
Летательный аппарат завис в воздухе и плавно пошёл на посадку. Незаметно коснулся земли и затих. Откинулся прозрачный купол, выдвинулась металлическая лестница. Первым резво спустился мальчуган, наверное, тот, которого Сварог называл Тархушей… Тарх?! Внезапно осенило Кирилла.
— Да, он Тарх Перунович, — поймал его сметённые мысли Сварог, — он ещё пока ребёнок и не осознаёт своего будущего предназначения, но оно у него уже есть. Мой внук станет бесстрашным воином и хранителем древней Великой Мудрости.
— И богом, — прошептал Кирилл.
— Мы все частицы Единого Творца-Создателя, дети его, — у Сварога в глазах разлилась печаль, он заглянул далеко в будущее.
Тарх подбежал к деду, уткнулся ему в колени и с опаской покосился на Кирилла.
— Почему сестрёнку с собой не взял? — нахмурил брови Сварог, но в глазах была улыбка.
— А… Таринка. Опять в лес с подружками убежала. Вечно со своими деревьями разговаривает. Дед, она ещё маленькая и несмышленая нечего ей со мной бегать, ещё упадёт и коленки расшибёт, — серьёзно заявил её старший брат.
Голова у Кирилла пошла кругом, Тарх и Тара, брат и сестра. Неужели в их честь когда-то назовут бескрайние просторы русской земли Великой Тартарией, а затем — Россией.
