Пока мы с Севом предавались историко-географическим изысканиям, остальные тоже не теряли времени даром. На другом конце поляны уже весело потрескивал костерок, распуская на сухих ветках растопки свои ярко-оранжевые цветы. Над огнем на разлапистых сучьях-подпорках с шипением подрумянивались кролики, наполняя воздух соблазнительным ароматом жареного мяса. Хират по-прежнему колдовал над ужином, терпеливо поддерживая пламя огнища на нужной высоте. Грейн, свалив рядом с костром последнюю охапку сушняка, демонстративно отряхнул ладони и, выбрав у огня местечко поудобнее, уселся на землю, с удовольствием вытянув ноги. В руках у него тут же таинственным образом оказался приснопамятный суарилл, и оборотень принялся рассеянно перебирать пальцами легко отзывающиеся на прикосновения струны. Над поляной поплыли звенящие серебристые звуки, постепенно сложившиеся в напевную, но довольно печальную мелодию. Грейн подхватил ее голосом, и я с удивлением обнаружила, что песня мне, на самом деле, знакома.
Песня называлась «Безымянная могила», и на моей памяти исполнялась обычно после энной кружки пива планомерно ударявшимся в лирику старшим королевским конюхом. Однако, в отличие от него, у Грейна оказался на редкость приятный и звучный голос. Я с удивлением обнаружила, что песня, ранее казавшаяся мне довольно унылой, в его исполнении неожиданно обрела совсем иной смысл и звучание.
— У Грейна настоящий талант, — тихо проговорил Сев, явно заметивший, какое впечатление произвела на меня игра рыжеволосого оборотня.
Я не могла с ним не согласиться.
— Жаль, что такой одаренный музыкант зарывает свой талант в землю, занимаясь вместо музыки дипломатической службой, — с искренним сожалением заметила я.
— Это он-то? — усмехнулся Сев. — На этот счет можешь не волноваться. Скорее уж, Грейн тщательно зарывает в землю любые попытки заставить его заниматься общественно-полезным трудом. А на музыку у него всегда хватает времени.
— Я думала, он состоит в дипломатическом корпусе при дворе вашего правителя, — удивилась я. — Разве нет?
— Дипломатическая служба в Сорбронне была упразднена за ненадобностью много лет назад, когда контакты с иностранными державами были сведены к жесткому минимуму. Я уже объяснял тебе, почему. Поэтому, в случае возникновения каких-либо внештатных ситуаций, «и.о. официальных представителей державы» обычно назначаются из числа приближенных к правителю лиц, более-менее разбирающихся в возникшей ситуации. А все остальное время они занимаются своими обычными делами.
Ничего себе порядки, подумала я, однако от комментариев мудро воздержалась. Как говорится, в чужой монастырь…
Вместо этого я спросила:
— И чем же занимается обычно Грейн?
— Он придворный менестрель.
— Серьезно?.. Ну, тогда это многое объясняет.
Оборотень молча кивнул.
— Хотя, на мой взгляд, это все же странный выбор для дипломатической миссии, — осторожно добавила я, немного помолчав.
— Видишь ли, — к моему удивлению, Сев вдруг немного замялся. — Дело в том, что Грейн здесь не совсем официально. Точнее, совсем не.
И, поймав мой недоуменный взгляд, поспешил пояснить:
— Просто Хират не хотел оставлять его в долине без присмотра. Да и я тоже, честно говоря.
— Это почему же?
— Потому что в привычной среде обитания Грейн обладает удивительной способностью находить себе приключения на самые разные места. После того, как разгневанный отец его очередной возлюбленной в красках расписал, что он с ним сделает, когда поймает, Хират решил больше не спускать с него глаз.
— Ясно. А чем занимается сам Хират?
— О, он у нас важная шишка, — тут же весело усмехнулся Сев. — Что-то вроде главнокомандующего сорброннской армии.
— У вас есть армия?!
— А как же, — серьезно ответил оборотень. — Наличие регулярной армии обязательно для любого мало-мальски уважающего себя государства. И пусть она невелика, да и нужды в ней давно не возникало, но она есть. Хотя, в принципе, у нас все мальчишки с детства обучаются владению оружием и приемам одиночного и группового боя — это приучает их к дисциплине и воспитывает уверенность в собственных силах. Так что, все мы, своего рода, армия. А Хират — ее генерал.
Да уж, успешность подобного обучения мне уже довелось повидать на практике.
— Ну, а сам-то ты? — я пытливо прищурилась на сидящего бок обок со мной оборотня. — Кто таков будешь? Придворный чтец, писец или на дуде игрец? Или тебя там тоже какой-нибудь отец семейства с вилами поджидает?
