– Погоди, пусть вся грязь вытечет, – буркнул низким голосом дракон, стоило потянуться к бинту. – Кто его знает, где эта стекляшка была до моей ноги.
– Я думала, дракона не напугать заражением ран, – задумчиво протянула, вытирая капли чужой крови с собственных пальцев.
– Обычно так и бывает, но лишний риск к чему нам? – дракон замолчал на середине слова, и подняв взгляд, я заметила как расширились его зрачки. Верхняя губа приподнялась в каком-то оскале, демонстрируя клыки.
– Что?
– Не шевелись, пожалуйста…
В повисшей напряженной тишине вдруг послышался тихий треск. Рука резко нагрелась и опустив глаза, я увидела, как драконья кровь на моей коже начинает дымиться и превращаться в расплавленное золото. Даже оттертые пятна медленно покрывались глянцевым золотым блеском и тянулись друг к другу.
Испуганная, я подскочила на ноги. В ушах звенело, а перед глазами растекалась темня пелена.
Едва контролируя себя, я попыталась стряхнуть с себя золотые искры, эту живую магию, но она словно прилипла к коже, будто бы пыталась впитаться в руки.
– Нет! – меня накрывала паника. Так не могло быть!
– Мона, тише! Успокойся! Все в порядке, – напряженным голосом попытался достучаться до меня ящер. Шалдар поднялся с места, протягивая ко мне руки. Но перед глазами уже маячили черные плащи инквизиции. Едва не задыхалась.
А потом случилось нечто странное: сделав шаг ближе, сокращая расстояние между нами, Шалдар крепко схватил меня в объятия и… поцеловал.
**
Дернувшись в первый миг от неожиданности и возмущения, я замерла. Тело откликалось! Оно пело и гудело, реагируя на крепость рук и жесткие губы ящера. Шалдар целовал медленно и мягко, словно пытался успокоить нахлынувшую на меня панику, но все получалось совсем иначе. Я чувствовала, как внутри поднимается незнакомая потребность, как руки невольно поднялись, касаясь теплой груди мужчины. Как тело прижимается к нему все сильнее. Это было так ново, так необычно и остро, что я начинала задыхаться от нехватки воздуха.
Большая ладонь скользнула по спине вверх. Объятия становились все крепче, а мне вовсе не хотелось их разрывать. Конечно, я целовалась раньше. Раз или два. Но все это было словно сравнивать сухое галетное печенье и восхитительную мягкую, ароматную, кремовую…
Шалдар с тихим рыком оторвался от меня, отступив на шаг. Мне едва удавалось дышать, так все бунтовало внутри и требовало продолжения. Но почти тут же голову подняла скромность и оскорбленная девичья честь. Нет, любой девушке по вкусу, когда красивый и решительный мужчина целует ее без спроса. Особенно, если он ей нравится. Но это никогда не мешало потом разгореться праведному гневу. И я отдала себя на его власть, вскинув руку для пощечины.
– Да как ты посмел! – ладонь угрожающе зависла в воздухе. Хотя я и не думала, что решусь ударить дракона, позицию стоило обозначить четко.
– Погоди. Запомни, где мы остановились. Продолжим через мгновение, – я, совершенно не ожидавшая подобного, так и замерла на месте с вскинутой рукой.
А дракон, странно приседая и едва ли не корчась, отвернулся к стене, и вдруг резко раскинул руки в стороны. И пространство перед ним вспыхнуло, засияло, рассыпавшись тонкими, переплетенными нитями!
– Ткань мироздания, – охнула я, едва не бухнувшись на пол от неожиданности.
Мне никогда не доводилось видеть плетение реальности вживую. Только на картинках в книгах. Там говорилось, что некоторые из драконов способны не только видеть нити, но и переплетать их иначе, на собственный лад. И вот, прямо перед моими глазами, отрастив длинные когти, дракон вдруг принялся перетягивать нити, связывая в одних и обрубая их в других местах.
– Ткач, – шокировано выдохнула я, и отступила на шаг, два. А затем бухнулась на кровать, не в состоянии больше доверять ногам.
– Есть немного, – едва слышно, приглушенно отозвался Шалдар и рухнул на кровать рядом со мной. Дракон выглядел не менее шокированным, чем я сама. Он пялился на медленно угасающее плетение нитей, и с каждым мгновением выражение его лица становилось все непонятнее.
– Ты ткач, – повторила я, никак не в состоянии осознать подобного.
– Это я знаю. А вот, что касается остального… Дай, пожалуйста, руку, – сипло, напряженно попросил ящер. Наверное, что-то было в его тоне такое, что не позволило мне возразить.
Я молча вложила свою ладонь в протянутую руку Шалдара, чувствуя, как от внутреннего напряжения все сжимается внутри. Что-то происходило здесь и сейчас. Что-то невероятно важное. Ничуть не менее значимое, чем само плетение мироздания, что слабо, теперь едва заметно, сияло перед нами.
Когда я увидал, как капли моей крови на ее коже вспыхивают золотом, едва не сошел с ума. Такого не могло быть! Преобразование драконьей плоти или крови в чистейшую магию! На свете не было живых существ, способных на подобное. Но кровь пенилась, вспыхивала и переплавлялась в золото, пугая Мону. А последнего никак нельзя было допустить.
