В моем мире ведьмам живется скверно. Вот уже десять лет драконы — карающий меч императора — убивают нас без суда и следствия. Но именно к нам, ведьмам, тянутся простые люди от отчаяния, нужды или горя, у нас ищут спасения и заступничества во времена лютых печалей. Но что делать ведьме, если она сама попала в беду, а спасение в руках злейшего врага? Как найти сердце влюбленного дракона и остаться живой? Вдобавок, владыка не хочет понимать, что я не стану его добычей, а верховный главнокомандующий искренне верит, что после объединившей нас инициации, я принадлежу ему…
Гардия, Нория, 1245 год
Родовое гнездо ард Нойрманов
— Я сегодня пила хрустальную воду с ирдом Ульвейном, — дипломатично изрекла ирда Нойрман, замерев на пороге кабинета своего сына. Дракон устало поднял голову и кивнул на расположенную у стены козетку.
— Присаживайтесь, мама.
Поджав губы, она сделала несколько шагов и мягко закрыла двери:
— Я не вовремя?
Сын обращался к ней на «вы» в двух случаях: когда устал и когда недоволен.
— Что снова не так? — раздражение в его голосе лишь угадывалось, но ирда Нойрман дама проницательная и знала, что, дернув дракона за хвост, голову в песок прятать бесполезно. А она как раз собиралась дернуть за хвост дракона, сидящего перед ней.
— Когда гостю рады, ему предлагают сесть или располагаться. Присесть — означает разрешение посидеть некоторое время и убираться подальше, как можно скорее.
Мужчина сжал кулаки, крылья его носа дрогнули. Под стук каблучков матери, он пытался обуздать подкатывающую к горлу ярость. Чуть скрипнул диван, принимая вес худощавой аристократичной особы, и в кабинете стало тихо.
— Наконец-то я привлекла твое внимание, — улыбнулась женщина, убирая за ухо смоляную прядь.
— Хорошо. Я тебя слушаю, — подчеркнуто вежливо произнес Ролдхар, отложив магическое перо и скрестив пальцы.
— Я сегодня пила хрустальную воду с ирдом Ульвейном, — повторила она и замолчала.
— С чего бы вдруг такая жертвенность, мама?
— Нам необходимо укреплять связи со стаей хрустальных драконов. И я пригласила на ужин ирду Ульвейн. Тебе не кажется, что пора подумать…
— Не сейчас!
— Святая чешуя, ну что за сын?
— Единственный, любимый, успешный?
— Я уже полвека слышу твое «не сейчас». А когда? Когда, Ролдхар? — она повысила голос, но, заметив, как стремительно темнеет за окном, а лицо сына приобретает хищные черты, напряженно улыбнулась.
— Потом, — отмахнулся он и снова взялся за перо. — Два дракона обнаружены мертвыми в Астории. Мне некогда думать о свадьбе.
— И не нужно! — с энтузиазмом заявила ирда Нойрман. — И не нужно, дорогой! Мы с Аласаной обо всем подумаем сами!
— Может, и поженитесь без меня? Был бы вам признателен! — он поставил широкую подпись и отложил свиток на край стола.
— Совсем скоро турнир мудрости. Если ты хочешь вновь одержать победу и стать владыкой, тебе лучше слушать свою мать!
— Я всегда искренне полагал, что для владыки куда важнее сила, воля, умение решать конфликты между стаями, а не наличие рядом драконицы. Которая, к тому же, не может заменить хранительницу.
— Наличие драконицы гарантирует продолжение рода! Советникам это важно!
— Теперь вам еще и внуков подавай! — он вскинул брови и процедил последнюю фразу сквозь зубы.
Ирда Нойрман понимала, что ее время в кабинете сына на исходе, а потому сделала-таки то, ради чего в действительности пришла. Выпалила на одном дыхании:
— Тебе следует подумать о новой хранительнице, сын.
— Что? — в кабинете стало очень и очень тихо, а лазурное небо мгновенно покрылось тяжелым покрывалом иссиня-черных туч, вот-вот грозящих излиться лютым дождем. Так всегда бывает, когда владыка в ярости.
— Когда ты в последний раз оборачивался?
— Сегодня ночью!
— И не мог вспомнить своего имени, когда вернул человеческое обличье! — она вскочила и сделала шаг в сторону сына.
— Стоять!
Женщина вздрогнула и замерла:
— Дорогой, тебе все труднее контролировать дракона! Как ты не понимаешь, я забочусь о тебе! Подумай сам, милый, прошло уже десять лет! Раруш не вернуть, а владыка должен держать себя в руках!
— Вон! — сжав кулаки до побелевших костяшек, прорычал мужчина, но ирда Нойрман не шелохнулась. Тогда он закричал, взмахом руки выбив двери кабинета: — Вон отсюда!!!
Аптекарская лавка госпожи Венеры
— Где же я достану сердце влюбленного дракона? — я наблюдала, как в кружке кружатся лепестки васильков, потревоженные чайной ложкой, и медленно оседают на дно.
Мало того, что сердце дракона, так еще и влюбленного! Всем известно, больше шансов увидеть единорогов в Заповедном лесу, чем дракона, который умеет любить. Впрочем, нет. Единороги хотя бы существуют, это научно доказано!
— Ох, если бы я знала, дорогая моя! — госпожа Венера развела руками и, поставив на стол варенье из одуванчиков и глиняную тарелку с баранками, села рядом со мной. — Сегодня получила письмо от леди Рейнгард. Она написала, что если ведьмы ковена Сотхо не снимут заклинание сами, помочь может лишь сердце влюбленного дракона. Ты знаешь природных ведьм, цветочек. Они не могут вмешиваться в ход событий напрямую, а все, что сообщают, необходимо толковать.
Я приуныла. Ведьмы ковена Сотхо — наши заклятые враги. Они никогда и ни за что не помогут. Между смертью и помощью Борхес они выберут смерть. Даже если она будет долгой и мучительной. А сказанное леди Рейнгард, как ни толкуй, все равно без толку получается.
— Выходит, шансов снять проклятие с графа Братстона нет! Сердце влюбленного дракона и любовь к графу девушки со светлой душой, — я горько усмехнулась.
