– Так ты все испортишь. Рынок – это воплощение жадности, Арушит. А там, где жадность, есть и страх потери. Поэтому я собираю их вместе, чтобы они видели лица друг друга, представляли, как кому-то достанется бессмертие, а кому-то нет, – сказал Теорат и навалился на бок в кресле в раздумьях. – То, что произошло сегодня, может сыграть нам на руку. К завтрашним торгам господа подготовятся и озвучат куда большие суммы, а те, кому не хватает золота, отправят посыльных в Йефасу.
– А что там?
– Отделение банкирского дома Инсо Кимского.
– Это один из бессмертных, которого мы продали?
– Да, так и есть.
– Что с того, что они отправят посыльных туда, если Инсо уже убит!
– Я – второй хозяин его банка, – умей Теорат улыбаться, он бы сделал это. – Все уже подготовлено. Господа возьмут займы у меня, чтобы потратить их у нас же. Возьмут под большие проценты, потому что жадность вынудит их.
Потрясенный Арушит остыл, понимая, насколько досконально барон все продумал. С ним говорили холодно, так холодно, что к южанину закрались сомнения: не может ли все же Теорат быть замешан в отравлении на торгах? Не он ли сделал это, чтобы повысить ставки? Или это что-то другое?
– Может, это наемные гильдии? – осторожно предположил южанин. – О торгах должны были узнать.
– Не думаю.
– А Раум? Она повсюду, – поднял глаза Арушит.
– С ней что-то случилось.
– Как это? Вы имели с ней дела?
– Приходилось пару раз. Но в последнее время связные этой гильдии пропали отовсюду. А Раум, пожалуй, единственная способна добраться до нас сквозь всех наших слуг – она, и правда, вездесуща и опасна. Если это не гильдии и не господа, то остаются только наши. Прислуга, охрана, веномансеры… Ты прибыл с шестью веномансерами и двумя десятками охраны и прислуги.
– И они все мне преданы!
– Их преданность держится на твоих обещаниях, – увидев, что его хотят перебить, барон вскинул руку. – Даже если ты пообещал веномансерам много золота, кто-то мог пообещать еще больше. Проверь каждого – от слуг до веномансеров. Заставь их испить Гейонеш, о котором я тебе писал.
– Вы бы лучше занялись своей прислугой! – воспротивился Арушит. – Вы, барон, умны и хитры, но это не значит, что предатель не у вас! И я уже проверял их всех Гейонешем!
– Неужели всех? Каждого?
– Да! – Арушит замялся, но потом еще раз ответил утвердительно: – Всех до единого! Я подготовился к приезду в замок!
Теорат лишь кивнул, переплетя длинные пальцы и прищурившись на огонь в камине. «Выбрали для отравления желтый орех, который не пахнет, – размышлял он. – Графины проходили через несколько веномансеров, которые проверяли их. Но и после этого графины разносила прислуга, которая могла успеть подсыпать яд. Однако зачем? Сомневаюсь, что господ пытались отравить враги за пределами замка, потому что этот замок слишком отдален. Господа же, чтобы травить друг друга, вполне знакомы. Скорее всего, замешана прислуга, потому что графины были одинаковыми и веномансеры проверяли их, не зная, какой куда попадет. Значит, надо проверить Гейонешем прислугу, которая накрывала столы. А еще надо поспешить с вытаскиванием воспоминаний из Горрона де Донталя. Он знал намного больше, чем показывал. Нельзя упустить такой шанс».
Следующим днем, когда вызванная из-за отравления шумиха спала, господа вновь собрались внизу. Кубков больше никто не касался. Да и не стояло их на столах, совсем пустых. Личные веномансеры вместе с охраной повсюду слонялись, вынюхивали, и за каждым из них следило трое других, а за этими тремя – девятеро. Стоило бы сказать, что бесконечный дождь у приглашенных гостей, запертых в замке из-за своей жадности, теперь вызывал раздражение. Окна дрожали от ударов грома в небесах.
Перед тем как зайти в зал, Теорат обратился к Шауни:
– Ты вытащил воспоминания из этого плясуна?
– Не получается, – шепнул тот.
– Пока придержим его… – Теорат поморщился. – Только это его и спасает. Веномансеров Арушита привлек?
– Да. Все равно слоняются по темнице. Всю ночь они опаивали Горрона разными составами Гейонеша, а я пил его кровь. Бесполезно. Его память как лоскутное одеяло.
– Пробуй еще! – приказал барон. – Он скинул с пальца кольцо, когда понял, что отравлен. Мой маг осмотрел кольцо – оно пропитано магией.
– Маг мог ошибиться, – ответил седовласый Шауни.
– Нет, я показал это кольцо еще трем господским магам. Они в один голос подтвердили, что оно непохоже на обереги из Байвы. В нем сильная магия, устойчивая к рассеиванию. Даже заинтересовались им, – Теорат положил руку на поясную суму, где лежало украшение с разбитым камнем. – Горрон не так прост, каким хотел казаться. Он вел двойную игру, если не тройную, я давно раскусил его. Но какую именно? Пробуй еще, пока я передам дар Бардена и продам остальные девять.
В зале раздались крики.
