Именно так: «жажда» и «охота», я бы описал то, что разделял со своей сущностью, стоило поблизости появиться Выскочке. Жизнь через призму Крылатого воспринималась гораздо ярче и насыщенней. Но была одна проблема: яркость зависела не от меня, а от этой проклятой сущности, Тень её подери. Почему бы моему Дракону не проявлять внимание к Каталине? Красивая девушка, драконица, между прочим. Чистокровная. Что ему не нравится? Чем она не угодила?
И ведь не спросишь!
Вопрос коммуникаций с Крылатым стоял для меня ребром. Именно его я собирался изучать в своём дипломе.
Вечером мы снова собрались нашей компанией в «Двух драконах».
— Не поверите, что сегодня учудил Ди! — весело начал Эстебан.
Тут неожиданно проснулся Крылатый, и он был недоволен.
Мы с ним были недовольны на пару.
Я нахмурился, но Банни проигнорировал моё раздражение.
— Мы сегодня представляли темы дипломов. Угадайте, что решил изучать наш дорогой де ла Ньетто? — И, видимо, уверенный в том, что никто не догадается, сам же ответил на вопрос: — Сущность дракона!
— Он решил защищать диплом по философии? — полюбопытствовал Матео.
— Теологии? — предложил версию Никки.
— Ага! Ещё скажите, истории магии, — рассмеялся Эстебан.
Паяцы! Сборище клоунов-самородков!
— Между прочим, — буркнул я, — очень важная тема для боевиков. В боевых условиях доля драконов с проснувшимся Крылатым возрастает почти до восьмидесяти процентов!
— Диего, ну мы ж приятели, к чему эти агитки? — пфыкнул Ник. — В военное время резко возрастает доля драконов с посттравматическим синдромом! И эти заявления о всяких «сущностях», вообще-то, симптом психоневрологических отклонений. Это лечится, — успокоил он.
М-да. Хорошо, что я ни с кем не делился новостями о своём Крылатом. А то лежать бы мне сейчас где-нибудь в пансионате для душевнобольных.
Привязанным к лежаку.
— А почему ты выбрал такую тему? — спросил Тино, снимая напряжение момента.
— Наверное, потому что очень хотел попасть к Кристобалю в дипломники. Он же тоже писал про «сущность дракона», — саркастически выделил Матео два последних слова. — Знатный был скандал. Мне дядя рассказывал.
— А почему скандал? — Валентино снял с меня необходимость задавать этот вопрос.
Тео откинулся на стуле и с важным видом начал рассказывать:
— Сразу после заключения мира было очень неспокойное время. Дядя его практически не застал и тоже знал только по рассказам. Об этом не пишут в учебниках, но вернувшиеся герои войны слишком много о себе возомнили и не желали следовать сложившимся традициям. Вступали в пререкания с главами родов, делали всякие глупости. Это теперь понятно, что дело было в психозе. Всё же постоянная угроза для жизни. Смерти товарищей. А тогда всё это было внове. Опять же, эти сказки про мифическую «сущность». Короче, наломали они тогда дров. Но постепенно всё затихло. Успокоилось. И тут Кристобаль, лучший студент, краса и гордость боевого факультета, вытаскивает из чулана побитую молью историю. Разумеется, всему виной был его наставник. Он был из ветеранов. Наверняка сам и подвёл парня под конфуз. Его после этого случая уволили, кстати. Так говорил дядя. Так что ты бы подумал, Диего, подо что подставляешь декана…
Я скривился и кивнул.
Теперь многое становилось ясно. По крайней мере, были понятны метания дона де ла Дино. Я даже понимаю, почему ветераны доставляли проблемы. Но неужели никто из них так и не сумел доказать, что Внутренний Дракон действительно существует?! И почему тогда от нас постоянно требуют его взрастить, если его якобы нет?
Мозг прямо набекрень съезжал и в узел закручивался. И где-то в области желудка от нарастающего ужаса появилась пустота. Это был не мой желудок и не мой ужас. Они принадлежали Внутреннему Крылатому. А я никак не мог понять, откуда они взялись.
Как всё сложно!
Я решил пока отложить окончательный выбор темы. Всё равно она утверждается только в конце семестра. Тем более что мне пока было не до того.
Приближался Праздник первокурсника.
Для меня это событие оказалось связано с двумя неприятными фактами.
Во-первых, Бьянка начала пропускать тренировки. Малыш Рикки, впрочем, тоже. Оба они стали предметом насмешек, что типа «слабаки, быстро сдулись», хотя я понимал, что это временно. Они обязательно вернутся, как только пройдёт праздник. Но Крылатый скучал. Да и я тоже, что скрывать. Теперь Бьянка не работала в архиве, и у меня не было повода с нею встретиться. Поэтому когда я как-то вечером возвращался из таверны и Дракон учуял её в парке, не смог удержаться и направился к ней. Мы перекинулись всего парой реплик, но на душе осталось тёплое чувство. Потом я провожал её издали, пока девушка не дошла до общежития.
Вторым неприятным моментом стало то, что идти на мероприятие мне предстояло с будущей невестой. От одной этой мысли Дракон пропадал, распыляя после себя едкое возмущение. Я думал: а может, они правы — те, кто считает, что на самом деле никакой сущности нет? Есть только психоз от предстоящей женитьбы? Может, нужно обратиться за помощью к лекарям?
